0


Главная
Главная
 
Опровержения Опровержения
 
Электронные версии книг - скачать
Книги
 
Мнение по поводу `Обращения епископа Диомида` Версия для печати Отправить на e-mail
В чем правда «чукотского письма»

Добавлено 16.03.2007


В святоотеческой традиции было принято в случае обвинения тебя  в ереси просто и прямо от своего лица анафематствовать ересь, в сочувствии которой ты был заподозрен.  «Обращение» еп. Диомида обвиняет иерархию нашей Церкви во многих тяжких грехах и отступлениях от православных преданий.

Я не иерарх, но мне чужд взгляд на иерархию из диссидентской дихотомии: «мы» (праведный народ) и «они» (подозреваемые и ненавистные власти – в данном случае епископы). Поэтому отреагирую на это обращение так, как если бы оно обращалось ко мне и обвиняло именно меня. Сначала – о тех пунктах «Обращения», с которыми я согласен.

«Первое. Постоянно набирает силу еретическое учение экуменизма, объединить все веры в одну религию».И я нисколько не сочувствую стремлению «объединить все веры в одну религию» и считаю такие проекты опасными. См. мои книги «Вызов экуменизма», «Сатанизм для интеллигенции», «Протестантам о православии», «Все ли равно как верить?».

«Второе. Развитие духовного соглашательства (неосергианство), подчиняющего церковную власть мирской, зачастую богоборческой власти, в ущерб богодарованной свободе». И я считаю подчинение церковной власти мирской, особенно если при этом наносится ущерб Богодарованной свободе, тяжелейшим искажением Евангельских заповедей. А уж «подчинение церковной организации единому мировому лидеру» представляется допустимым, лишь если этот мировой лидер будет православным государем, который свои религиозные убеждения черпает из послушания Православной Церкви.

«Четвертое. Четкая тенденция дискриминации верующих по принципу несогласия с процессами глобализации (наличие старого паспорта, отказ от ИНН на храмы, монастыри). Практика неканонических мер церковных наказаний к священникам и монашествующим: запрещение в священнослужении, удаление с места служения и т.д.» Если такое есть – то это нехорошо.

Нельзя  прилагать церковные наказания к людям за ту или иную их позицию по нецерковному вопросу (а отношение к паспортам – вопрос именно нецерковный). Но если священник сам начинает сортировать своих прихожан на правильных (то есть протестующих против ИНН) и неправильных – то тогда епископ вправе вмешаться и наказать такого священника. Теперь о тех тезисах, с которыми я согласился бы, встретив их в теоретическом опусе, но которые не считаю актуальными именно сегодня.

«Третье. Молчаливое согласие вместо обличения антинародной политики существующей власти, приводящее к распаду государства, демографическому кризису, и другим негативным последствиям».Если действительно окажется, что политика президента В. В. Путина направлена на распад государства, ставит своей целью демографический кризис – то тогда она заслуживает самого жесткого обличения. Но для такого окончательного диагноза его правлению надо закрыть глаза на слишком многие слова и дела нынешнего президента. Вот, например, я замечаю, что в Калмыкии за последние годы поменяли всех руководителей силовых ведомств – и это теперь только русские люди. И хотя на элистинском интернет-форуме местные миролюбивые «буддисты» на нескольких страницах обсуждали способ моей казни (во время моих калмыцких лекций в марте 2007 года), но в целом русские в Калмыкии стали чувствовать себя спокойнее, чем даже год назад. Понимаю, что с Чукотки это незаметно, но  я-то не могу говорить на заметное мне белое, что это – черное.

«Шестое. "Большая восьмерка" является органом мирового масонского правительства, подготавливает приход единого мирового лидера, т.е. антихриста. Поэтому всякое сотрудничество с ними духовно опасно».Если и в самом деле появится такой мировой лидер, который будет требовать считать его Христом (такого в мировой истории еще не было) – то, конечно, Церкви надо будет держаться от него подальше.Но расстояние от нынешних японских и британских премьеров до такого деятеля как минимум является тайной Владыки истории, и потому на том основании, что когда-то в мире появится нерукопожатный лидер, запрещать сотрудничество со всеми князьями народов вряд ли логично. Недругов христианства (антихристов), как известно, много. Но у одного из них – римского языческого кесаря - искал защиты апостол Павел.

А за японского императора св. Николай Японский благословлял молиться даже во дни русско-японской войны. И православные иерархи Турецкой империи обращались к мусульманским властям с просьбой защитить их от латинской экспансии.Кстати, вот только что один недавний лидер западного мира - президент США Картер – выпустил книгу "Палестина: мир, а не апартеид". Израильское лобби в США тут же сказало о "новой версию гитлеровской "Mein Kampf"", а Давид Горовиц назвал Картера "ненавистником евреев, пособником убийства народов (поддерживающим геноцид) и вруном". Горовиц заявил, что Картер оживляет старый призыв "сбросить евреев в глубокий колодец". Конечно, это полемическое преувеличение, но из этой полемики следует,что предполагать наличие антихристианского консенсуса в современных западных элитах – значит все же фантазировать. Теперь – те тезисы «Обращения», которые уж совсем не кажутся мне убедительными.

«Пятое. Одобрение демократии вопреки церковным канонам и в нарушение соборной клятвы 1613 года».А не наоборот ли? Выборы в парламент или на пост президента как раз означают, что никого из кандидатов мы не выдвигаем как кандидата на Трон. Выбираем президента - значит, выборы не на царский престол.Да и клятва 1613 года была отменена не кем иным как Императором Николаем 2-м. В той клятве сказано, что даже царь не может ее нарушить – но в 1917-м царь сам передал власть назад Учредительному Собранию (именно оно, согласно тексту отречения, должно было направлять будущего царя, и именно и прямо ему отдал свою власть преемник, на которого указал Николай Александрович).

«Седьмое. На прошедшем саммите религиозных лидеров в итоговом документе, подписанном всеми собравшимися представителями религиозных конфессий, была засвидетельствована вера в одного "Всевышнего": "Будем хранить мир, заповеданный Всевышним!". Мы не считаем, что у нас один "Всевышний" с иудеями, мусульманами, и прочими религиями и учениями».Неужто есть отдельный Бог для мусульман, отдельный для иудеев? Неужто многобожие? Но если Всевышний один, то Он посылает дождь и на грешников и на праведников, т.е. на всех детей Адама – даже если они не знают о Нем ничего или же их богословие бродит в гаданиях и предположениях. Судьба Вавилона определялась не Астартой, а Богом Авраама, Исаака, Иакова. И судьба Римской империи. И судьба Халифата. И СССР.Наши представления о Всевышнем отличаются от богословских воззрений мусульман и иудеев. Поэтому о наших богословских образах мы не можем сказать, что они идентичны или даже равноценны. Но если православный человек написал «Будем хранить мир, заповеданный Всевышним», а мусульманин под этим текстом подписался – что же в этом плохого? «Призыв религиозных лидеров, в том числе и представителей РПЦ МП, подписавших этот документ гласит: "Уважать и принимать друг друга, не взирая на религиозные, национальные и другие различия". В этом мы видим противоречие Евангельскому учению: "Кто приходит к вам и не приносит сего учения, того не принимайте в дом и не приветствуйте его" (2 Иоан. 1:10)».Но есть ведь слово Христа: «В какой бы город или селение ни вошли вы, наведывайтесь, кто в нем достоин, и там оставайтесь, пока не выйдете; а входя в дом, приветствуйте его, говоря: мир дому сему» (Мф 10,11-12). Кстати, из этих слов Спасителя видно, что и среди язычников есть «достойные» люди.

«Восьмое. Мы выражаем свое несогласие с заявлением о единстве нравственных ценностей у православия, иудаизма, мусульманства и католицизма.. Мы не можем иметь единые нравственные ценности с современными иудаизмом и его моральным кодексом талмуда по которому все люди кроме евреев - "гои". Мы так же не можем иметь единые нравственные ценности с мусульманством, допускающим, например, многоженство».О расизме, присутствующем в ряде иудейских текстов, я писал сам (см. главу «Людей меньше, чем кажется» в моей книге «Как делают антисемитом»). Об отличии этики ислама от евангельской также немало сказано мною в книге «Как относиться к исламу после Беслана» (за эту книгу и ряд других своих суждений я получил заслуженное прозвище «исламофоба» в исламском секторе интернета).

И все же законы логики я нарушать не намерен. Из того обстоятельства, что  два предмета не схожи в некоторых отношениях, никак не следует, что они должны быть различны и во всех остальных. Ислам разрешает многоженство. Но он против проституции, пропаганды порнографии и гомосексуализма. Неужели мы не имеем права отметить эти общие черты нашей морали? И если некий российский чиновник от образования воздержится от пропаганды абортов под влиянием не священника, а раввина, неужели это будет плохо?

«Девятое. Мы озабочены и не согласны с попранием принципа соборности в связи с долгим отсутствием созыва Поместного Собора и передачи важнейших его функций собору архиерейскому». Что это за «принцип соборности»? Какими канонами писано мирянам управлять Церковью? Церковь соборна – в смысле кафолична, полна Божией Истины и благодати (см. «Огласительные беседы» св. Кирилла Иерусалимского), а не в смысле демократического способа принятия решений. Поместный Собор в 1917 году был возможен потому, что было гласное персональное членство мирян в каждом приходе. Поэтому было понятно – кто выбирает на Собор и кого. Вот если наши прихожане перестанут бояться ИНН и вообще регистраций, тогда и появится возможность выбора делегатов на Собор от мирян. Без этого нас ждет или очередной советский фарс с назначенными сверху «представителями» или насилие со стороны хорошо организованного меньшинства над расслабленным и «безыдейным» большинством.

Теперь итоги: Ни один из пунктов «Обращения» не касается сути христианской веры. Речь идет об отношении не ко Христу, а к тому, что вне Христа. Полагаю, что различное отношение к нецерковным реалиям (религиозным, политическим или культурным) не должно порождать разделений среди самих христиан. «Предел Православия — есть чисто ведать два догмата веры — Троицу и Двоицу: Троицу неслиянную и нераздельную созерцать и ведать; Двоицу — два естества во Христе во едином Лице исповедать» (Преподобный Григорий Синаит. Главы о заповедях и догматах, 26).То, что считается болезненным искажением православия у авторов «Обращения», есть искажение не православной веры, а места Церкви в мире. И перечень таких искажений практически идентичен в «Обращении» и у меня.

Мы расходимся в конкретной диагностике – то есть в вопросе о том, больна ли именно наша Церковь и именно сейчас вот именно этой болезнью, и идет ли сейчас процесс обострения этой болезни или же все-таки выздоровления. Оптимизм и добрый взгляд на родную Церковь не является ересью, и потому его я анафематствовать не буду.

16 февр 2007

Мнение по поводу `Обращения епископа Диомида` (28 февр 2007)

Недавно епископ Диомид распространил свое "Обращение ко всем архипастырям, пастырям, клирикам, монашествующим и всем верным чадам Святой Православной Церкви", полный текст которого можно прочитать здесь:  http://www.rusk.ru/st.php?idar=8775

К сожалению, Обращение епископа Диомида характеризует его как человека, который уже давно и безнадежно потерял связь с реальностью, и вряд ли это связано с отдаленностью его кафедры. Вопрос здесь в том, что он разрешает себе видеть, а что нет. Страсть тотальной подозрительности взяла над ним верх, и он все перетолковывает лишь подчиняясь этой страсти.

Владыка ревнует о канонах. Что ж, напомню 145 правило Карфагенского собора: "Когда на состоящих в клире доносители представляют многие обвинения, и одно из них, о которых во первых происходило исследование, не могло быть доказано, после сего прочие обвинения да не приемлются".

Вот я и обращаю внимание на первое обвинение епископа Диомида. Он пишет, что в нашей Церкви "постоянно набирает силу еретическое учение экуменизма". Но, простите владыка, обоснуйте свое утверждение. Из чего оно следует?

Сравним хотя бы сегодняшние публикации "Журнала Московской Патриархии" и публикации 70-х годов эпохи митрополита Никодима (Ротова), посмотрим, с какой интонацией говорили тогда об отношениях Православной и Католической Церквей, и с какой писали о них в официальных изданиях в 90-е годы или говорят о них сейчас.

В этом отклике я не собираюсь давать оценки самому факту экуменических контактов, но отношение к ним радикально изменилось именно в сторону большей сдержанности. В 70-80-е годы в порядке вещей было, что любому епископу могли позвонить из ОВЦС МП и в директивном тоне сообщить, что, мол, тогда-то вы должны принять гостя нашей Патриархии кардинала такого-то, отслужить с ним и дать ему возможность сказать приветственное слово в вашем соборе. Однако, насколько я помню, в 1994 году на Архиерейском соборе было сказано, что каждый правящий архиерей сам в праве решать, какие формы экуменических контактов и сослужений он допускает в своей епархии. И хотя, помнится, "Русь Православная" и тогда возмутилась, сочтя это развитием экуменизма, на самом деле это была форма освобождения наших архиереев от крепостной экуменической зависимости, им фактически было дано право сказать "нет" экуменизму.

Далее хотелось бы напомнить, что в 1994 году Архиерейский собор отклонил унию с монофизитами, тем самым перечеркнув самое перспективное направление экуменических переговоров 70-80-х годов.

В 2000 году Архиерейским собором был принят документ "Об основных принципах отношения Православия к инославию", который не вызвал несогласия даже у Русской Зарубежной Церкви.

На религиозных саммитах 2006 года в Астане и Москве богословские вопросы вообще не обсуждались, и речь шла лишь об осуждении религиозно мотивированного терроризма.

Так что я не понимаю, что такого происходило за последние годы в мире экуменического диалога, что могло бы дать основание владыке Диомиду и его единомышленникам говорить о тенденции роста экуменических настроений в нашей Церкви. Вне Русской Церкви - это, несомненно, есть, но в нашей Церкви - нет.

Неужели не заметно, сколько за последние 15 лет официальными церковными издательствами выпущено литературы, обличающей религиозное равнодушие и "бытовой экуменизм"! Не обязательно в названии такой книги или статьи должно быть слово "экуменизм", но антиэкуменическая прививка дается в любой антисектантской, антиоккультной, антиязыческой литературе. В последнее время появляются даже жесткие и честные публикации на тему отношений православия и ислама (прежде всего - моего коллеги по МДА Юрия Максимова). Так что и листая постановления высшей церковной власти, и просто бродя по книжно-церковным развалам, я не нахожу ничего, что могло бы побудить владыку к такого рода обвинениям.

Наконец, еще одна неправда епископа Диомида состоит в том, что, как он пишет, "экуменизм стремится, вопреки словам Священного Писания и святоотеческому учению объединить все веры в одну религию или, по крайней мере, духовно их примирить". Если говорить об экуменизме, в котором участвует наша Церковь, то следует отметить, что мы не строим экуменических отношений с мусульманами, иудеями, буддистами, шаманистами и т.д. Экуменический диалог происходит только внутри христианского мира, и целью этого диалога является, согласно нашим соборным документам, объединение на основании полного принятия всецелого православного святоотеческого Предания. "Признавая необходимость восстановления нарушенного христианского единства, Православная Церковь утверждает, что подлинное единство возможно лишь в лоне Единой Святой Соборной и Апостольской Церкви. Все иные "модели" единства представляются неприемлемыми" - говорится в решении Собора 2000 года. В вопросах веры не может быть компромиссов, и это общее убеждение не только "зилотов", но и всего священноначалия нашей Церкви.

Напомню, что главный экуменический тезис профессиональных экуменистов состоит в том, что единой Христовой Церкви на земле не существует. То есть той Церкви, в которую предлагает нам верить Символ веры, пока еще нет. Соответственно, по их мысли, такую церковь еще предстоит создать, и в этом состоит сверхзадача ВСЦ. Но если смотреть речи митрополита Никодима (Ротова), Патриарха Пимена, отца Георгия Флоровского и других активных участников экуменических диалогов 70-х годов, то даже там мы увидим совершенно ясную полемику именно с этим тезисом и однозначное исповедование, что слова Символа веры о Единой Святой Соборной и Апостольской Церкви мы относим к Православной Церкви. Все они говорили, что такая Церковь есть, она не исчезла и поэтому с ней надо соединяться. Это было даже в 70-е годы, и тем более, это же является лейтмотивом в современном православном богословии.

Владыка Диомид полагает, что нельзя приветствовать еретиков, и в этом случае он использует довольно убедительную ссылку на послание апостола Иоанна. Однако, здесь я должен обратить внимание на два важных обстоятельства.

Первое - слово "еретик", как оно употреблялось в апостольскую эпоху и чуть позже, не всегда корректно переносить в современность. Еретики апостольской поры - это гностики, люди, с которыми у христиан не может быть ничего общего. Фактически это язычники, которые крадут у христиан самое святое, что у них есть, - евангельскую весть. Они использовали христианские термины, чтобы проповедовать антибиблейские учения, и поэтому апостол Иоанн Богослов, даже убежал из бани, когда узнал, что там моется еретик-гностик.

Второе - с той поры прошло много веков. Гностики остались теми же - это нынешние рериховцы, теософы и т.д.. А вот что касается христианских общин, отколовшихся за это время от православия, то здесь я бы напомнил слова митрополита Антония Сурожского, который говорил, что чем позже та или иная ересь откалывается от Церкви, тем больше православия она в себе уносит. Поэтому здесь вполне возможны иные отношения, и в истории Церкви они были. Например, на протяжении всего 19 века наша Церковь вела диалог о воссоединении с англиканами. Напомню, что инициатором этого диалога был Хомяков, к нему весьма внимательно относился святитель Филарет (Дроздов). В феврале 1896 г. в России побывал лорд-епископ Англиканской Церкви Викельсон, который несколько дней гостил в Петербурге. Он пожелал встретиться с о.Иоанном Кронштадтским. И на этой встрече отец Иоанн облобызал крест, который украшал грудь англиканского епископа

Очевидно, приветствовали друг друга и европейские Государи, которые состояли в близких родственных связях, и нередко встречались. Я, к примеру, уверен, что перед совместной трапезой они не молчали, а вместе читали "Отче наш". И в канун Рождества Государи Европы приветствовали друг друга, хотя и принадлежали к разным конфессиям. Есть, в конце концов, воспоминания о путешествии цесаревича Николая Александровича вокруг Евразии, когда он, будучи на Дальнем Востоке, вполне спокойно посещал там даже нехристианские храмы, не говоря о протестантских.

Так что у нас есть иной опыт, накопленный за эти столетия, и это очень не по-церковному, даже по-протестантски брать какой-то один временной слой Св. Предания и говорить, что после этого ничего не менялось. Так действовали лютеране, так действовали староверы, так поступает и владыка Диомид, не желая принять православие со всей его цветущей сложностью.

Так, что достаточно простого анализа первого пункта Обращения епископа Диомида, чтобы не принимать на духовный суд и все остальное в его послании.

Полагаю, что на некоторые другие свои суждения владыка имел бы нравственное право только в том случае, если бы он сначала у себя в епархии гласно осудил то, за "неосуждение" чего он винит Патриархию. Вот интересно, Абрамовича владыка Диомид тоже не приветствует? Обличает ли он его? Отказался ли от его помощи при строительстве собора? Или же он считает его образцом русского предпринимателя и администратора?

Мне все это очень горько и больно говорить… Владыка Диомид - мой одноклассник по семинарии, у нас с ним были вполне дружеские и теплые отношения, в одно время мы даже работали вместе в Патриархии. Но он разрешил себя запугать... Как-то я был на камчатском приходе, где он служил, еще будучи иеромонахом. И, честно говоря, у меня остались от этого посещения довольно печальные впечатления - уж больно грустные глаза были у прихожан в этом храме, какое-то катастрофическое переживание своей веры. Тот, кто настроил себя только на сбор плохой информации, рискует расстаться с даром рассудительности. И тогда уже личная духовная проблема выливается в осуждение других христиан, а порой и в общецерковную боль.

 

 

Это не раскол, а желание помитинговать

Интервью "Российской газете". 2 марта 2007.
 
Настоящей, наделавшей много шума, сенсацией стало письмо епископа Анадырского и Чукотского Диомида. Опубликованное в малоизвестной "Руси православной", оно неожиданно было оценено светскими СМИ как голос совести и раскола одновременно.


Епископ Диомид упрекал церковь в том, что в ней набирает силу "еретическое учение экуменизма", развивается духовное соглашательство, подчиняющее церковную власть мирской власти, утвердилось "молчаливое согласие вместо обличения антинародной политики существующей власти" оправдание и благословение персональной идентификации граждан (ИНН), одобрение демократии. Он упрекает церковь в проведении межрелигиозного саммита, с обращением к лидерам "большой восьмерки", являющейся, по мнению автора, "органом мирового масонского правительства", и т.п.

Официальную оценку письму епископа Диомида с критикой руководства церкви даст Священный Синод, считают в Московской патриархии. Корреспонденты "РГ" обратились за разъяснением к известному церковному богослову, однокурснику владыки Диомида о. Андрею Кураеву.

Российская газета: Отец Андрей, расскажите, что за человек епископ Анадырский и Чукотский Диомид?

о. Андрей Кураев: Епископ Диомид - светлый и добрый человек, настоящий монах. Он несколько лет отказывался от того, чтобы его сделали епископом. Но, к сожалению, в богословском смысле это человек не выдающийся. И он, очевидно, еще с середины 90-х годов так себя настроил, что позволяет себе усваивать информацию только одного склада - негативно-катастрофического. Думаю, в том, как он воспринимает происходящие события, сказывается то, что он не участвует в реальной церковной политике. Возможно, даже у себя, в своей собственной епархии, он не работает постоянно с политиками регионального уровня. И в таком случае человек может начать переживать происходящее с позиции не творца, но жертвы. А это как раз не соответствует статусу епископа. Тем более в современном мире, когда у епископа есть возможность влиять на региональный климат, а иногда и на общецерковный и общеполитический. Когда человек находится вдали от центра принятия реальных решений, мир большой политики предстает в его глазах чем-то заколдованным и руководствующимся непонятными мотивами. А если они кажутся понятными, то становятся идеограммами. Человек может убедить себя, что все политические силы России - сплошные предатели, и общаться с ними невозможно. А это не так. Политики, мыслители, журналисты способны слышать церковных людей и понимать аргументы, и на их позиции, как и на процессы, происходящие в обществе, можно влиять.

В этом различие позиций московских иерархов и чукотского епископа - у них разный социальный опыт и отсюда разное восприятие того, что происходит в нашей стране.

В его послании есть выражение реальной боли, которую испытывают многие церковные деятели, да и просто люди, любящие Россию. Но есть и нервозность, которая сводит на нет ту пользу, которая в нем есть.

РГ: Есть ли в этом послании зерно раскола? Говорят, что по приходам собираются подписи в его поддержку?

О. Андрей: Само письмо епископа Диомида не является раскольническим документом. Другое дело, что есть очевидное желание и готовность у многих людей в церкви помитинговать. Как ни странно, именно люди, считающие себя консерваторами-монархистами в нашей церковной жизни, по умонастроению и психическому складу являются своего рода диссидентами. Они усвоили себе право радикальной критики всех и вся - и патриаршей власти тоже. Такие настроения есть, они довольно распространены. Это все люди, настраивающие себя на апокалиптический лад. Они все стилизуют в алармистском духе - все плохо, всего надо бояться. А опыт их пребывания в церкви превращается в школу ненависти. Они и пропагандируют такое богословие ненависти - "кругом враги, они все нам строят козни, надо им противостать, вплоть до... сожжения еретиков". Такие настроения есть и, как ни странно, по монастырям. Они-то и заразили в свое время епископа Диомида, а он их озвучивает сейчас.

РГ: Послание владыки Диомида могло бы остаться совсем втуне, оно было напечатано в "Руси православной" - это своего рода "Советская Россия" в спектре церковной публичности, многословная, обличительная, мало сопряженная с фактической реальностью газета. Но медийные эффекты оказались поразительными: публикации "Руси православной", во всем круглосуточно ищущей масонский заговор, радостно подхватили вроде бы пристойные, светские, достаточно либеральные и часто антицерковно настроенные "Новые Известия".

о. Андрей: Есть удивительное родство радикалов, "крайних людей" среди либералов и ретроградов. И тех и других не устраивает нормальная центристская власть. Тем более сторонникам владыки Диомида есть повод задуматься над тем, как реально звучит их голос в современном мире и кто оказывается в числе союзников. Есть повод задуматься над последствиями раскрепощенности своих чувств, не просвещенных ни богословским разумом, ни серьезным политологическим образованием.

 

 
Страница сгенерирована за 0.002155 секунд