0


Главная
Главная
 
Опровержения Опровержения
 
Электронные версии книг - скачать
Книги
 
Нужна ли порядочность в `последние времена` Версия для печати Отправить на e-mail

О книге прот. Георгий Городенцева “Прав ли Кураев?” (Одесса, 1999)

Непроста судьба русского языка на ставшей самостийной Украине. Вот, для примера, читаю я постановление собрания священнослужителей Одесской епархии 31 июля 1998 года: “Разрешить верующим Одесской епархии – каждому по его выбору и желанию – отказаться от принятия идентификационного кода”1. Читаю - и думаю: по правилам руского языка, если человеку что-то разрешается сделать по его выбору и желанию – значит, разрешающий предполагает, что если тот, кому выдано подобное разрешение, им все же не воспользуется, то он ничем не прегрешит в глазах выдавшего ему разрешение. Если мне говорят: тебе разрешается пить Кока-колу, а я все же упрямо буду пить квас – то тем самым мое поведение никак нельзя будет назвать греховным. Если духовник сказал: "В этом посту тебе разрешается, если пожелаешь, пить молоко", а я его все-таки не пил – я ничем не согрешил. Значит, по правилам русского языка и правилам логики, одесское постановление, разрешающее не брать налоговые регистрационные номера, не считает согрешающими тех, кто этот номер без всякого смущения возьмет.

Вполне мудрая и взвешенная позиция: епархия не призывает верующих к массовой акции гражданского неповиновения, предоставляя каждому действовать “по его выбору и желанию”. Она не грозит церковными прещениями тем, кто уже получил регистрационные номера. При этом она не собирается наказывать и тех, кто по велению своей смущенной совести пробует уклониться от государственной перерегистрации.

Такая спокойная позиция тем более естественна для епархии, что она как раз начала строительство нового большого собора в Успенском монастыре. Подобное строительство, естественно, невозможно без наличия банковских счетов у епархии. А банковские счета на Украине не открывают, если лицо, распоряжающееся этим счетом, не имеет налогового регистрационного номера. Значит, у самой епархии идентификационный код есть – а потому пугать прихожан идеей несовместимости “кода” и Христовой благодати ей как-то не с руки…

И тем не менее именно в Одессе нашлись люди, которые вопреки правилам логики и русского языка постановление собрания прочитали по-своему: раз разрешается верующим “каждому по его выбору и желанию – отказаться от принятия идентификационного кода” - значит, они обязаны это сделать. И тот, кто пренебрежет этой своей обязанностью, для Церкви более не сын…

И тем не менее именно в Одессе был случай самоубийства прихожанки, которой ее духовник-иеромонах пообещал, что ей за принятие кода не будет прощения, что она уже не сможет причащаться и вообще ее ждет теперь лишь вечная погибель…

И тем не менее именно в Одессе некоторые монахи отказываются причащать православных паломников из Молдавии, если узнают, что у них есть новый паспорт со штрих-кодом.

И тем не менее именно в Одессе был составлен и опубликован крайне резкий отзыв на мою статью “Дают ли на Украине печать антихриста?”. Книга, выпущенная с издательским грифом Одесской Духовной Семинарии (интересно, когда в последний раз и о чем ОДС издавала богословскую книгу?) называется “Прав ли Кураев?”.

Ее автор - преподаватель Одесской Духовной Семинарии прот. Георгий Городенцев. По отзывам семинаристов, один из самых ярких и интересных педагогов. Человек, обладающий хорошим публицистическим пером и светским образованием. Главный редактор газеты “Справедливость”.

К сожалению, немалые таланты этого публициста нейтрализуются такими чертами, присущими его творчеству, как запальчивость и политизированность. В итоге грань между богословием и политикой слишком часто им не замечается и переступается.

Ну, к чему было писать так хлестко: “Народ русский принял идолы духовные, имя которым: свобода, равенство, братство, демократия и т.п”2? С каких это пор стремление к братству стало грехом?3 И если свобода – идол, то зачем же вставать на защиту гражданских свобод, которые попирает всеобщая кодификация? И если демократия – ложь и идол, то зачем же ссылаться на послания Греческого Синода, в которых система компьютерного учета граждан осуждается именно потому, что она анти-демократична?4

Еще пример недолжного смешения богословия и политики: “Можно много говорить о признаках антихриста в российском коммунизме, например, о тех бедствиях, которые он принес с собой: обнищание масс, голод, гражданскую войну, репрессии. Все сбылось по Писанию: “Пятый Ангел вылил чашу свою на престол зверя: и сделалось царство его мрачно, и они кусали языки свои от страдания” (Откр. 16,10). Точно так же была предсказана победа зверя над святыми, превратившая святую Русь в коммунистический СССР: “И дано было ему вести войну со святыми и победить их” (Откр. 13,7). Но все это было в первые 42 апокалиптических месяца, а что же произошло потом, в остальные 70 лет советской власти?”5.

С точки зрения богословия – это очень опасно: видения, относящиеся ко временам борьбы Агнца и антихриста, проецировать в гражданскую историю. Опасно апокалиптическое будущее объявлять уже прошедшим и сбывшимся.. Ведь желание о. Георгия увидеть в годах военного коммунизма пятую Чашу Апокалипсиса ставит его перед вопросом: а когда же и над кем были вылиты предыдущие четыре Чаши? Кроме того, опасно подкраивать Апокалипсис к судьбе одной страны: все же Апокалипсис – это книга не о судьбах России, а о путях Вселенской Церкви.

С точки же зрения исторической, именно годы военного коммунизма, которые о. Георгий считает с октября 1917 по март 1921, и которые представляются ему как “42 апокалиптических месяца”, не были временем самых страшных гонений на Церковь. Лишь в феврале 1922 г. появляется Декрет об изъятии церковных ценностей и борьба с Церковью обретает системность. 19 марта 1922 Ленин пишет письмо с призывом к массовым расстрелам духовенства (в связи с событиями в Шуе). И уж, конечно, аресты и расстрелы духовенства в 30-х годах были более массовыми, чем в годы “военного коммунизма”.

С другой стороны, и духовное сопротивление большевизму не прекратилось в Церкви с окончанием трехлетия “военного коммунизма”. Непобежденные святые были в Церкви вплоть до конца 40-х годов. Неужели уже “побежденные святые” в мае 1927 года писали знаменитое Соловецкое послание “К Правительству СССР”? Неужели это был голос не “святой Руси”, а “коммунистического СССР?

Слово “апокалипсис” слишком близко лежит к языку прот. Георгия. О чем бы ни зашла речь – все кончится одним: “Понятие о нынешней власти как об антихристовой позволяет применить к ней библейские и святоотеческие пророчества об антихристе… С каждым днем правления демократов жизнь становится все хуже. Поэтому можно предположить, что когда нестроения, вызванные ими, достигнут своего предела, жизнь станет нетерпимой, тогда-то придет избавление. Такое предположение соответствует учению Церкви об антихристе, согласно которому с каждым днем его власти будут расти бедствия, а затем когда уже невозможно будет их терпеть, Господь явит Свою силу и победит врага… Будем иметь твердую веру в сию милость Божию, ибо о ней также прорекли святые; и если во всем злом, что произошло с Россией, их пророчества исполнились, то будем ли сомневаться, что они исполнятся и в добром?! Вот эти пророчества: “Россия воспрянет и будет материально не богата. Но духом богата” (преп. Нектарий Оптинский)…”6.

Ну, во-первых, что это за хилиазм такой: мол, будет очень плохо, будет антихрист, но затем придет Избавление и… нет, не Небесный Иерусалим сойдет на землю, а Россия воспрянет?!

Во-вторых, все эти пророчества - о России. И при чем тут зарубежная Одесса-то? Если обо мне, москвиче, о. Георгий пишет как о “Заезжем миссионере”7, то что же он забывает о границах между Россией и Украиной, когда речь идет об оптимистических пророчествах возрождения России (а отнюдь не Украины)?

В-третьих, интересно заметить, по каким критериям прот. Георгий выставляет оценку временам – плохие они или хорошие. Казалось бы, для священника важнее всего – сколько душ обращается ко Христу, сколько строится храмов и открывается монастырей… И по этому критерию “с каждым днем правления демократов”, по правде сказать, Церковь все укрепляется. Но нет, о. протоиерею надо найти нечто апокалиптически-мрачное, и потому он вдруг вместо духовной стороны начинает обращать внимание на денежную… Ну да: падает поголовье крупного рогатого скота – значит, скоро антихрист придет… Впрочем, и тут он насилует реальную пестроту нашей жизни: Украина в материальном отношении сегодня живет лучше, чем четыре года назад.

Даже в чисто экономических событиях о. Георгий видит подстрочный комментарий к Апокалипсису. Как Вы думаете, отчего упал русский рубль в августе 1998? Ответ нашли в Одессе: “Это событие чисто мистическое. Власть предержащие все-таки совершают в усыпальнице Российских Царей акт захоронения неизвестных останков… Этот грех является ритуальным преступлением. Совершители подобного преступления обычно стремятся вовлечь в него в качестве соучастников как можно большее число людей…. Даже простой просмотр этого “шоу” по телевидению или в записи, интерес к нему именно со стороны зрелища, тем более при сочувствии к совершаемому, делает человека соучастником этого греха… Всякий соучастник сего глумления самим этим участием в нем свидетельствует пред Богом о себе, что он соучастник и низвержения самодержавия, и ритуального убийства Царя, т. е. соучастник чудовищно тяжких апокалиптических преступлений, и ничтожная доля ответственности за которые делает человека повинным множеству наказаний”8.

Кстати, из этого отрывка понятен принцип пастырства о. Георгия: он сначала в своем уме создает страшную картинку, объявляет нечто чудовищным грехом, а потом стращает “согрешивших”.

Подумать только – человек, взглянувший на телеэкран, чтобы узнать, какую формулу повиновения возгласит протодиакон, или чтобы посмотреть, как выглядят потомки Царской Семьи, или же ради того, чтобы подметить, перекрестится ли у гроба Президент России – уже стал “соучастником чудовищно тяжких апокалиптических преступлений”!

И потом – почему это вдруг “сочувствие к совершаемому” является грехом. Как-никак совершается погребение останков расстрелянной семьи (пусть даже не Царской). Неужели священническое сердце о. Георгия при виде любых похорон не сочувствует? Неужели без всякой, самой краткой молитовки о погребаемом проезжает он мимо кладбищ и похоронных процессий? Так почему же тот, кто при виде репортажа из Петербурга, произнес молитовку “Упокой, Господи, души раб Твоих, имена же их Ты, Господи, веси!”, уже стал преступником?

Да ведь по такой логике я самого о. Георгия могу обвинить в соучастии в “чудовищно тяжких апокалиптических преступлениях”. Например: раз нелояльность советской власти – страшный грех (чуть ниже мы увидим, что с точки зрения прот. Георгия это именно так), то всякое сотрудничество с врагами СССР есть преступление. Тот, кто терпит развал СССР и пользуется документами и деньгами, выданными независимой Украиной, тем самым одобряет действия киевских раскольников и антисоветчиков, и становится их соучастником… О. Георгий, покайтесь: пользовались ли Вы незаконно-антисоветскими купонами и гривнами?

Конечно, связь между богословием и политикой есть. Порой внешний мир бросает христинам такие вызовы, что на них нам нужно реагировать. Но как? Это уже вопрос пастырской мудрости. В библейской истории есть примеры, когда Господь призывал к вооруженному сопротивлению языческим армиям, вторгшимся на землю Израиля. Были примеры противоположные. Поэтому на богослове, толкователе лежит сугубая ответственность. Недостаточно просто процитировать некое библейское место. Надо еще доказать, что именно к этому повороту внебиблейской истории подходит именно этот эпизод истории Священной.

Прот. Георгий безо всяких объяснений предлагает отождествить ситуации большевистского пленения России с пленением Израиля. Соответственно, христианское восприятие коммунистического режима и террора, по его мнению, дано в словах пророка Иеремии: “Так говорит Господь, Бог Израилев: вот, Я обращу назад воинские орудия, которые в руках ваших, которыми вы сражаетесь с царем Вавилонским и с Халдеями, осаждающими вас вне стены, и соберу оные посреди города сего; и Сам буду воевать против вас рукою простертою и мышцею крепкою, во гневе и в ярости и в великом негодовании; и поражу живущих в сем городе... Седекию, царя Иудейского, слуг его и народ, и оставшихся в городе сем от моровой язвы, меча и голода, предам в руки Навуходоносора, царя Вавилонского, и в руки врагов их и в руки ищущих души их... И народу сему скажи: так говорит Господь: вот, Я предлагаю вам путь жизни и путь смерти: кто останется в этом городе, тот умрет от меча и голода и моровой язвы; а кто выйдет и предастся Халдеям, осаждающим вас, тот будет жив, и душа его будет ему вместо добычи” (Иср. 21, 4-9). Очевидно, в последних словах почти прямое указание всякому православному русскому человеку о том, следовало ли ему бороться против коммунистов силой. Вспомним, что почти такие же слова произнес некий Оптинский старец, когда его вопросил об этом юноша. Старец ответил на этот вопрос так: “Отступление попущено Богом; не вздумай противиться ему своею немощною рукою, но ты, спасая, спасай свою душу”. Здесь очевидна прямая аналогия с библейскими словами, что тот, кто выйдет из Иерусалима “и продастся Халдеям... тот будет жив, и душа его будет ему вместо добычи" (Иер. 21, 9). Здесь содержится и совет всему русскому народу — если бы нашлись в свое время мудрые этот совет услышать, а народ бы послушал его — о том, что не следует силой оружия бороться с новым Навуходоносором, т.е. с коммунистами. Поэтому и белое движение было обречено с самого начала, т.к. не Левка Троцкий одерживал необъяснимые победы во главе Красной Армии в гражданской войне, а попущение Божие или Сам Бог, как Он и говорит об этом: “Я Сам буду воевать против вас рукою простертою и мышцею крепкою, во гневе и ярости и в великом негодовании” (Иер. 21, 5). Но неужели же не следовало вообще бороться с новым духовным Навуходоносором? Следовало, но слово Божие и совет старца устанавливают премудрую границу в этой борьбе: “...Но ты, спасая, спасай свою душу”; или “душа его будет ему вместо добычи” (Иер. 21, 9). Итак, в той степени, в какой древний или новый плен Вавилонский есть наказание за наши грехи, не следует противиться ему силой, но надобно идти в него, терпеть его и даже относиться к власти древних и новых вавилонян с некоторым уважением, как к попущению Божию. Но когда Вавилон посягает на нашу бессмертную душу, требуя от нас поклонения его идолам, что в наше время выражалось в требовании принятия коммунистической идеологии, тогда следует “спасая, спасать свою душу”… А вот письмо Иеремии к переселенцам в Вавилоне (Иер. 29,5-6), где дается повеление Господне, выражаясь нашим языком, - выживайте, приспособившись к режиму. Не эту ли заповедь Божию своей православной душой воспринял наш русский народ, приспособившись к советской власти…”9.

Как хорошо, что никому из византийских богословов не пришло в голову вспомнить эти слова пророка Иеремии во время арабского нашествия на Второй Рим! Не было бы тогда почти тысячелетнего противостояния Византии мусульманским вторжениям. И не было бы всего того, чем обогатила сопротивлявшаяся Империя и Церковь христианский мир во время этих изнурительных войн…

Но из концепции прот. Георгия следует, что в день отречения Императора Божия Матерь явила Свою Державную икону в знак того, что она Лично поведет красные полки…

Пусть красные победили. Пусть воля Божия была в том, чтобы Россия прошла страшным путем ГУЛАГа. Но разве не было Божия благословения с теми, кто принес свои жизни в жертву ради того, чтобы остановить разрушителей? Мне было бы стыдно жить в стране, которая приняла троцких и тухачевских без попытки сопротивления. Мне было бы стыдно принадлежать к народу, который сразу же “приспособился к режиму”. Тамбовские крестьяне и полковые священники Белой Армии, кадеты и казаки спасли честь моей страны. Политическая победа была не с ними. Но это не мешает мне поклониться их могилам и их знаменам… Не хватает мне “мудрости” о. Георгия Городенцева… Не вижу я в них “богоборцев”, противящихся Божией воле…

Также не вижу я смысла в том, чтобы слова свят. Игнатия (Брянчанинова), сказанные в XIX веке, приписывать некоему безымянному оптинскому старцу, да еще в таком контексте, в котором они начинают звучать так, как будто юноша спрашивал старца о том, можно ли записаться ему в Белую Гвардию.

Все эти странности нужны о. Георгию для вывода: “Именно с личностью митрополита Сергия связано осознание народом Божиим суда Божия над ним и выполнение заповеди Божией о непротивлении силой коммунистам, что и выразилось в его (митр. Сергия) Декларации”10.

Но точно ли именно так осознал народ Божий Декларацию м. Сергия? Я предпочитаю поверить свидетельству очевидца (кстати, отнюдь не диссидента) – “Помню, что возмущение среди верующих москвичей и духовенства было вызвано не столько декларацией 1927 года, сколько его интервью 1930 года, в котором заявлялось: “Да, действительно, некоторые церкви закрываются. Но производится это не по инициативе власти, а по желанию населения, а в иных случаях даже по постановлению верующих”. Понять это и оправдать не было сил… Митрополита Сергия я видел вблизи только один раз – в 1931 году… Насколько мог уловить в свои 13 лет, обычное умиленное почитание народом архиерея не сопутствовало митрополиту”11. И никогда не было заметно почитание могилы патриарха Сергия в Богоявленском соборе Москвы…

А вот память соловецких узников церковный народ почитал всегда. Они же еще до выхода Декларации митрополита Сергия (о том, что “мы с нашим правительством”) исповедали другой, нежели у митр. Сергия, принцип отношений Церкви с коммунистической властью, а после публикации сергиевской Декларации не согласились с нею. И что бы сказали соловецкие узники, если бы услышали, что осуждение Декларации митрополита Сергия – “бесовский соблазн”, которому поддаются “корчащие из себя великих праведников”?12

Даже Патриарх Алексий II говорил, что Декларация “содержит вещи, далекие от истины”; “Неправда замешана в его Декларации, которая преследовала цель “поставить Церковь в правильные отношения к советскому правительству”. Но эти отношения – а в Декларации они ясно обрисовываются как подчинение Церкви интересам государственной политики – как раз не являются правильными с точки зрения Церкви”13. Неужто и он в “бесовском соблазне”?

В отличие от новомучеников, прот. Георгий не видит греха в сотрудничестве с большевиками: “Русская Православная Церковь сделала все, чтобы уберечь своих чад от участия в политической и т.п. деятельности по разрушению СССР, и в этом плане действительно имело место сотрудничество священнослужителей с советскими контрразведчиками… Грех сотрудничества с советской властью и даже с КГБ отнюдь не всегда является тяжким и вносящим соблазн. Страшен не он, а тот иудин грех, который творите вы, господа зарубежники”14. При случае мне было бы интересно послушать подробнее о новой концепции “нестрашного греха”.

Коллаборационизм в глазах бывшего диссидента15 оказывается даже подвигом: “Такому молодому умом и верой человеку нужно объяснять, что ему необходимо со смирением идти в плен, коим первоначально, может быть, покажется ему пребывание в нашей Церкви. Итак, в начале нашей духовной жизни не следует упорно стоять в мнимом умном Иерусалиме, но надобно сдать его Навуходоносору, т.е. диаволу, признав, что это его, лукавого, собственность – мечтание, навеянное им; а самому добровольно идти в плен. Добычей здесь будет наша душа, смирившаяся под игом царя Вавилонского и возжелавшая чрез сие покаяния”16.

И так мне непонятен этот энтузиазм, с которым подыскиваются аргументы и библейские аналогии для сотрудничества с соввластью и осуждаются те, кто не пошел к ней на службу, что поневоле рождается предположение: батюшка, а Вы ли автор этих доводов? Или их Вам предложили чекисты в ту пору, когда Вы перековывались из диссидента в лояльного церковного служащего?

Прот. Георгий, считающий коллаборационизм добродетелью “православной души” удивляет тем, что, будучи столь лояльным по отношению к советской власти, отношения с нынешней властью он почему-то мыслит только в категориях сопротивления.

Вроде бы о. Георгий сам сформулировал “пороговое значение”, за которым необходимо оказывать сопротивление светским властям: “Когда Вавилон посягает на нашу бессмертную душу, требуя от нас поклонения его идолам, что в наше время выражалось в требовании принятия коммунистической идеологии, тогда следует “спасая, спасать свою душу””.

Однако, едва речь заходит о принятии регистационного номера в современной налоговой полиции, как о. Георгий говорит: Нельзя! Случится “умаление благодатной свободы от кодирования!”17

Но ведь сейчас-то от нас не требуют согласия ни с какой идеологией при выдаче налоговых номеров! Тогда зачем же призывы к гражданскому неповиновению? Если бы власти требовали от нас присяги на верность какой-нибудь философии или религии – тогда протест был бы естественен. Но с какой стати священникам и монахам вставать на стражу тайны наших доходов и кошельков? Святитель Тихон как раз призывал раскрыть перед комиссарами церковные сокровищницы, и лишь не впускать их в души. Сегодня власть на Украине душами не занимается, но ее интерес к доходам прихожан о. Георгий считает апокалиптическим…

О. Георгий, наверно, согласится с утверждением своих московских и греческих единомышленников: “Не три цифры 6 сами по себе оскверняют человека. Но за ними стоит система нового миропорядка, и человек оскверняется тем, что входит в эту систему, зная возможность ее использования антихристианскими силами с целью навязывания, в дальнейшем, единой всемирной политико-экономической, а затем и духовной диктатуры”18. Но почему же тогда он не считал оскверненными тех, кто принимал советские паспорта? Коммунистическая система тоже была антихристианской и тоже претендовала на “установление единой всемирной политико-экономической, а затем и духовной диктатуры”.

Откуда такой двойной стандарт? Почему человек, считающий духовным подвигом сотрудничество с КГБ, начинает говорить с митинговыми интонациями, когда речь заходит о компьютерах и налогах? Странно это…

Итак, с полемику со мной вступил человек, чей внутренний мир оказывается довольно-таки иррационален, чьи симпатии и антипатии трудно объяснимы. Кроме того, это человек, давно и твердо убедивший сам себя, что любые политические события надо воспринимать через призму Апокалипсиса.

Значит, полемика изначально безнадежна. Я не вправе ждать от моего критика перемены его взглядов. Он уже поставил на мне свою апокалиптическую печать: ""Богословие Кураева - апостасийно… Своей брошюркой он еще более приоткрыл свое лицо… Брошюрка Кураева – это провокация, это предательство православных христиан"19.

Но мне интересно было бы узнать: есть ли у прот. Георгия апокалиптическое объяснение тем методам, которые он использовал в полемике. Неужели близость царства антихриста освобождает от требований элементарной корретности?

Как понять жесткое заверение о. Георгия – “Никто не утверждает, что пожизненный идентификационный код является печатью антихриста (подобные бессовестные “передергивания” д. Кураев в своих сочинениях допускает часто)”?20

Точно ли – “никто”? Я же цитировал листовки, распространяемые по Украине: “Православные, не обманывайтесь и не успокаивайте себя, что это не те номер и карточка. Другой карточки с номером – не будет…”. И даже ссылку дал – на “Русский вестник”21. Вот еще одно заявление (уже не из листовки): “Добровольное принятие этих удостоверений человеком – почти то же самое, что принятие печати антихриста, то есть равносильно отречению от Христа”22. Если даже сам о. Георгий не встречал ни подобных листовок, ни подобных проповедников, ни людей, уже убежденных в антихристовой сути налоговых номеров (хотя мне почему-то во время своих поездок по его родной Украине таких людей приходилось встречать ежедневно) – он не мог не заметить, что, говоря о тех страхах, которыми полна сегодня Украина, я не голословен, ибо цитирую хотя бы только что упомянутую листовку. Значит, о. Георгий знал, что все же есть люди, которые видят в налоговом коде печать антихриста. И тем не менее написал – “никто”… Честный ли это способ разговора? И кто же из нас “передергивает”?

Разве не передергивание – текст самого о. Георгия: “Кураев профанирующе хихикает: “благодать... все таки не тождественна благословению батюшки...”. А чем же для него является благословение священника? Святая Православная Церковь учит, что через священническое благословение подается благодать Божия, а вот Кураев учит по-другому. Он православный христианин, или от частого общения с протестантами он уже утерял православное понимание веры? Протестанты не признают, как известно, апостольскую благодатную преемственность православного священства. У протестантов Кураев научился еще, например, вырывать слова и выражения из контекста и остроумно суесловить”?23

При цитации о. Георгий опустил одно слово – “Тита”. У меня было сказано: “благодать все таки не тождественна благословению батюшки Тита”, а мой критик вместо имени ставит три точки. И тем самым вместо сомнения в безошибочности одного, конкретного священника24 приписывает мне отрицание таинства священства… Да ведь Ваша же манера вести полемику убедит любого, кто сопоставит наши брошюры: священный сан не является гарантом честности и разумности.

И, кстати, о. Георгий, зачем Вы обезличили достойного монаха и заменили его имя тремя точками? Это же тот самый грех, который сам о. Тит подозревает в распространении регистрационных налоговых номеров! Я же теперь буду знать, что в Одессе исповедуют новый догмат: догмат о непогрешимости батюшки Тита. Теперь я буду знать, что протестантом Одесская семинария считает всякого, усомнившегося в том, что благословение о. Тита всегда тождественно благословению Божию…

Еще в одном случае о. Георгий явно понадеялся на то, что никто не сверит его текст с тем, который он критикует. “Все таки легкомыслие к рассматриваемой теме сказывается на человеке. Тому пример — Кураев. Неслучайно, ему приятнее “девушки из налоговой инспекции” и “братья” — госчиновники, нежели православные люди. Кстати, “братья” из налоговой инспекции и мировой закулисы теперь, вероятно, похлопочут Кураеву Нобелевскую премию за “аргументы”, которые они теперь могут взять из кураевского опуса против православных. Православных Кураев называет: “бабушки и монахи”. Из истории христианской церкви известно, что еретики, обновленцы всегда имели желание “упразднить” монашество. В свое время комиссии, состоящие из таких вот кураевых, будут реформировать вероучение Церкви и постараются-таки монашество “упразднить”. Между тем, монашество — это тот драгоценный сосуд Святости Божией, в котором хранится “действенная благодать освящающего совершенства” (прп.Макарий Великий). Монахи — хранители Предания Церкви, святоотеческой традиции, поэтому прежде всего они видят проявляющееся в мире действие апостасии (апостасия греч. — отступление от Бога)”25.

Опять у о. Георгия странная неприязнь к слову “братство”. А вот о “девушках из налоговой инспекции” я упоминаю лишь в связи с обсуждением вопроса о том, как бы мне сократить время необходимого общения с ними26.

А уж по поводу моего отношения к монашеству – то тут у о. Георгия очень много выводов, но все они высосаны из авторучки (или вычищены из компьютерной “мышки”, если отец протоиерей уже пользуется компьютером).

Мой текст таков: “Напрасно архимандрит Тит из одесского Успенского монастыря пишет, будто “идентификация лишает человека богодарованной свободы”. Ну не боится Бог чисел и штрих-кодов! Он не столь пуглив, как некоторые бабушки и монахи. Не уходит Он из души человеческой, если в карман человека легла бумажка с цифровым набором”.

Как видим, я пишу о “некоторых бабушках и монахах”, а мой критик опять отбрасывает одно слово (“некоторые”) и тут же переходит к глобальным обобщениям.

На каком основании мой критик счел, будто мои слова относятся ко всем вообще православным? Его умозаключение может быть понятно лишь в одном случае – если сам о. Георгий ограничивает круг православных числом лишь тех, кто со страхом взирает на налоговые номера. Однако, я знаю многих монахов, священников и архипастырей, которые не имеют подобного страха. Неужто они вне Православия?

Так что из того, что я несогласен с некоторыми монахами и некоторыми священниками, не следует, что я осуждаю монашество или священство вообще. В конце концов, из того, что некоторые священники бессовестно ведут полемику, никак не следует, будто я убежден, что бессовестны вообще все священники.

Не менее странно обращение прот. Георгия с решениями его высшей церковной власти. Три раза Синод Украинской Православной Церкви обращался к теме идентификационных номеров. Государственные власти Синод постоянно призывает не навязывать людям эти номера. Но, обращаясь к церковным людям, к своей пастве, Синод столь же постоянно призывает не делить людей на “принявших”и “непринявших”: “принятие сегодняшних идентификационных номеров еще не означает измены Христу” (Послание от от 3 июня 1998). Напомню, что с точки зрения прот. Георгия и архим.Тита, напротив, кодирование ведет к "умалению благодатной свободы".

Принцип церковного послушания (как и армейского) предписывает слушаться последнего распоряжения. Так вот, именно последнее послание Синода на эту тему, вышедшее 5 ноября 1998 года прот. Георгий игнорирует.

Обо мне он пишет, что “Для Кураева не авторитет Священные Синоды”27. Но почему же сам он не цитирует и не учитывает заявления Синода: “Вынуждены предупредить, что те пастыри, которые угрожают отлучением от Святого Причастия христиан, которые приняли код, те, кто призывает к публичному отказу от всяких номеров, поступают безответственно, призывая паству на необоснованное и преждевременное исповедничество. Ведь такая позиция только нарушает мир и согласие среди народа Божьего, сея страх, “где нет страха” (Пс. 52, 6)”?

Почему не хватает ему мужества и логичности, чтобы сказать о Синоде то, что он сказал обо мне (ведь не только позиция совпадает у меня с Украинским Синодом, но и аргументы и даже некоторые текстуальные выражения)? Ну-ка, о.Георгий, наберите побольше воздуха в грудь, и скажите: ""Богословие" Синода и Кураева - апостасийно… Своим Посланием Синод еще более приоткрыл свое лицо… Послание Синода – это провокация, это предательство православных христиан".

Знакома мне эта тактика. В советские годы в семинариях не разрешалось прямо критиковать марксистский атеизм. И помыслить нельзя было о том, чтобы дать критику работ Энгельса, Маркса или Ленина. Но умные преподаватели делали так: они брали брошюрку какого-нибудь урюпинского доцента Мышкина и критиковали его: "С точки зрения доцента Мышкина, религия есть опиум народа… Мы же в ответ на это скажем…". Вот также поступает и прот. Георгий. Вместо того, чтобы вступить в полемику с Патриархом Алексием28 или Украинским Синодом, он обвиняет в "апостасии" простого диакона.

И еще одно замечание о стиле полемики прот. Георгия. Он почему-то считает, что любой человек, высказавший точку зрения, отличную от его, тем самым проявляет высокомерие.

“О. Владислав Свешников высокомерно поучает, что “спасает только Бог посредством человеков, которых Он избирает по их святости и чистоте””29.

Ну, и в чем же тут высокомерие? Знает ли прот. Георгий лично протоиерея Владислава? Какие именно слова и поступки последнего заставили одесского богослова обвинить преподавателя нравственного богословия Московской семинарии в высокомерии?

Понятно, что если мой педагог оказался обвинен в высокомерии, то чего же ожидать для меня: ““И вот то, что будет запечатлеваться на людях, пришедших для религиозного поклонения лже-мессии, и будет печатью антихриста”, — говорит Кураев безапелляционно, со свойственными ему гордыней и высокоумием, выставляя свой взгляд единственно верным”30.

Что касается меня – я был бы готов перейти к другому пониманию "печати антихриста", например, к пониманию этой тайны самим о. Георгием. Но для этого как минимум нужно, чтобы о. Георгий сформулировал свое понимание "печати", а, кроме того, было бы неплохо, если бы он еще привел те доводы, которые подтвердили бы, что в Предании Церкви "печать" понималась именно так. Поскольку же о. Георгий не дал себе труда предложить какое бы то ни было определение – что же есть "печать антихриста", то мне не остается ничего иного, как попрежнему, со свойственными мне гордыней и высокоумием, оставаться при своем мнении.

Скорбь о том, что человечество осталось непроинформированным о том, как же прот. Георгий Городенцев понимает "печать антихриста", во мне умеряется, впрочем, от сознания того, что моя позиция по этому вопросу неотлична от позиции Греческой Церкви. Очевидно, и Синоду Элладской Церкви также не чужды высокомерие и гордыня. Ведь и по их пониманию - "Церковь наша признает, что печать Христова не есть некий внешний символ, который можно нанести насильно или тиранически, но это благодать Святого Духа, которая через святые Таинства Крещения и Миропомазания освящает человека и делает его „сыном Божиим", и потому Таинства эти, особенно Миропомазание, называются „печатью Христовой". "Поистине, просвещение от Духа есть некая печать", — говорит святой Симеон Новый Богослов. И тот, кто печать Христову имеет и хранит, тем самым исповедует, что Иисус Христос есть Сын Божий, Который пришел в мир во плоти и стал человеком ради нашего спасения. И нет такого вида печати, налагаемой насильно и тиранически, которая лишила бы силы печать Христову. Таким же образом, печать антихриста, о которой повествует Апокалипсис, - это не некий внешний символ, который можно наложить насильно, вопреки желанию и против воли личности, но это добровольное отсечение личности от благодатной жизни Святого Духа с добровольным отречением от веры в то, что Иисус Христос есть Сын Божий и Спаситель мира"31. "Печать тогда только повлечет за собой отречение от Христа и сочетание с антихристом, когда будет добровольно принята человеком. Добровольное приятие "печати", отождествляющееся с явным отвержением Христа, лишает Божественной благодати, поскольку сам человек по своему желанию перестает содействовать этой Благодати и без всякого раскаяния стремится отвергнуть ее"32.

Также мне было очень радостно прочитать проповедь, произнесенную 26 февраля 1999 года московским протоиереем Александром Шаргуновым:

"666 есть прежде всего число человеческое, такое же, как всякое другое число. Если вы встретите в Библии 666-ю страницу, вы же не будете ее вырывать, эта страница такая же, как любая другая страница. Значит, само по себе это число еще ничего не значит. Только тогда, когда оно наполняется духовным содержанием принесения жертвы идолу, как отступничества от Христа, оно становится таковым. Блаженный Августин говорит, что число "шесть" является числом совершенства, ибо Бог сотворил мир в течение шести дней, и мир был совершенный. И только на седьмой день Бог освятил этот мир, так что он обретает свое назначение только тогда, когда освящен Богом. Самая главная опасность, которая существует в мире - это стремление к совершенству без Бога, и тройное самосовершенство - будь то личность человека, будь то сама Церковь Христова или человеческое общество - есть число 666. Это число не может быть внешне обозначено. Выбор добра и зла осуществляется всегда в свободе. Только то, что делается свободно и сознательно, имеет значение. Невозможно, чтобы просто одно число, само по себе, имело такое мистическое значение. Что сказать о людях, которые создали сверхмощный компьютер с апокалиптическим названием "Зверь" и предлагают нам принять электронные карточки, использующие штрих-код с числом 666? Является ли участие в принятии таких карточек нашим отступничеством уже от Христа? Мы должны увидеть, что только тогда, когда это будет связано с отречением от Христа: словом ли или каким-то действием (то есть свободным принятием антихриста); только тогда, когда христианин отречется от знамения своего Крещения, в таинстве которого он трижды отрекался "сатаны и всех дел его, и всех ангел его, и всего служения его, и вся гордыни его" и трижды сочетавался Христу; только тогда, когда он отречется от печати дара Духа Святаго, принятой на лоб и на руку в миропомазании, - число 666 действительно станет для него губительным. Оно и сейчас не является безопасным постольку, поскольку идет уже бесовская игра со словом "зверь". Но до тех пор, пока нам не объявлено, что именно такое отречение от Христа предполагает принятие нами карточки с числом 666, мы должны видеть разницу между пропастью и стоянием у самой пропасти. Мощная современная техника и стремительное развитие беззакония в мире действительно подвели нас уже к краю этой пропасти, но это не есть еще сама пропасть. Это такая же разница, как разница между жизнью и смертью: между тем и другим расстояние - всего один шаг. Но сделать этот шаг раньше времени - значит погубить себя и других людей. Призвать других людей раньше времени сделать этот выбор - значит призвать их к исповедничеству и мученичеству: любою ценою не принять эту карточку. И, значит, допустить ту духовную слепоту, которая ведет к утрате самого важного - рассудительности. Святой Афанасий Великий говорит нам, что самое главное в богословии и в духовной жизни - именно чувство равновесия, с тем чтобы не уклониться ни вправо, ни влево и не потерять почву под ногами; и чтобы не было тревоги, не было паники, не было растерянности, то есть: не было жертвенности там, где она не требуется. Дай Бог, чтобы мы понимали, что и самые духоносные старцы могут иногда ошибаться. Не должно быть у нас слепого довлеющего авторитета. Как говорит преподобный Серафим Саровский: "Когда я говорил от своего ума, то бывали ошибки". А преподобный Силуан Афонский, приводя эти слова, говорит: "Ошибки могут быть трагическими". Это говорят о себе святые люди, которые для нас являются абсолютными авторитетами. Наступают времена больших испытаний для Церкви во всех отношениях: и внешних, и внутренних духовных, поэтому рассудительность, как говорят святые отцы, должна явиться для нас главным духовным даром, ибо, не имея рассудительности, при всех прочих дарованиях мы можем направить и свое благородство, и всю свою силу не туда, куда нужно. Будем молить Господа о том, чтобы Он дал нам чистоту сердца, и мы сохранили ее (как те люди, которые не осквернили своего поста), с тем чтобы видеть Бога. И чтобы по милости Божией, по дару Церкви, которая имеет ум Христов, мы обрели спасительную рассудительность и слышали слово Господне: "Берегитесь, чтобы кто не прельстил вас" (Мф. 24,4)" (Протоиерей Александр Шаргунов. Великий Пост. Проповеди в храме. Курган-Москва, 1999. СС. 468-471).

Несмотря на то, что наши взаимоотношения с прот. Александром Шаргуновым нельзя назвать близкими, в этом вопросе у нас, кажется, нет разногласий. Похоже, что в только что процитированной проповеди есть почти все, что вызвало критические выпады прот. Георгия в мой адрес... Придется, видимо, прот. Георгию еще и о. Александра Шаргунова уличить в высокомерии...

Сам же диагност человеческих душ, конечно, исполнен подлинного смирения. Которое особенно ярко проявляет себя в такой, например, фразе: “Зараза не у нас, а у вас – в ваших больных головах и каменных сердцах”33.

Занятно, что видя грехи там, где их нет, о. Георгий почему-то предполагает покаяние там, где его также нет. Например: “Причина нескрываемо резкого тона кураевской брошюрки кроется в самооправдательном чувстве Кураева. Он признается: “И компьютер у меня всегда с собой… И в Интернете есть у меня своя страничка””34.

Честно скажу: я не считаю грехом то, что я пользуюсь компьютером, равно как и то, что работаю в Интернете. И ни каяться, ни “признаваться” в этом не намеревался. Впрочем, брошюры и газеты прот. Георгия также сверстаны на компьютере. И потому совсем уж непонятно – зачем о. Георгий делает вид, будто работа на компьютере есть грех, в котором можно лишь “оправдываться”.

Наконец, несколько сюжетов, имеющих богословское звучание.

По выводу прот. Георгия, “Для Кураева не авторитет Священные Синоды… Да что люди смертные, для Кураева и святые “Отцы заблуждались… ошибались… И старцы могут заблуждаться…”. Кураев даже приводит примеры “ошибок” святых. Очевидно, что он или никогда не признавал святых Божиих, или это результат частого общения с протестантами (они ведь святых не почитают). Может ли истинный раб Божий во всеуслышание сказать об “ошибках” святых? Никогда! Здесь Кураев поступает по отношению к Святой Церкви по хамски (весьма показательно для оценки – что такое Кураев)”35.

Что ж, пусть прот. Георгий приглядится – кого именно он зачислил в хамы.

Святитель Марк Ефесский: “Какая нужда была бы во вселенских соборах, если бы каждый из учителей не мог бы ни в чем отступать от истины”36. “Человеку, хотя бы он и достиг верха святости, невозможно не погрешать, и особенно в таких предметах, о которых прежде не было исследования и не было дано отцами общего, соборного решения”37.

Святитель Фотий Константинопольский: "Мало ли было затруднительных положений, которые вынуждали многих отцов частью неточно выражаться, частью говорить по применению к обстоятельствам при нападении врагов, а иное и по человеческому неведению, которому подпали и они. Если же иные и говорили неточно или по неизвестной нам причине уклонились даже от пути, но исследований не было и никто не вызывал их к дознанию истины: мы оставляем их в числе отцов точно также, как бы и не говорили они того, оставляем частью за знаменитость их жизни и славу добродетелей, частью за непорочность веры их в прочих отношениях, но не следуем тем словам их, где погрешили они"38.

Святитель Василий Великий: “должно писаниями поверять то, что говорят учители и согласное с писанием принимать, а несогласное отвергать и всячески отвращаться тех, которые держатся такого учения” (о творениях св. Григория Чудотворца)39. "Не все хвалю у Дионисия, иное же и вовсе отметаю" (о св. Дионисии Александрийском)40.

Преп. Варсонуфий объясняет ошибки у святых влиянием их прежнего окружения и образования. Каждый человек - даже святой - остается человеком своего времени и несет в себе некоторые предрассудки своего века, иногда не замечая их расхождения с Евангелием. Поскольку и пока это расхождение не замечено - оно и не может вмениться во грех. Однако, поясняет собеседник Варсонуфия преп. Иоанн, если бы такие Отцы помолились, чтобы Господь просветил их ум и по этим вопросам - неточностей удалось бы избежать: “они не просили Бога, чтобы Он открыл им, истинно ли сие учение, и потому Бог оставил их при собственном их разумении”41.

Вообще “Православная Церковь никогда не ставила знака равенства между святостью и непогрешимостью” (Л. Успенский)42. Но в одесской семинарии, кажется, учат иначе..

Еще один богословский сюжет: Прот. Георгий пишет: “46-е правило святых Апостолов гласит: “Епископа, или пресвитера, приявших крещение или жертву еретиков, извергати повелеваем. Кое бо согласие Христови с велиаром; или коя часть верному с неверным?”. 65-е правило святых Апостолов гласит: “Аще кто из клира, или мирянин, в синагогу иудейскую или еретическую войдет помолитися: да будет и от чина священного извержен, и отлучен от общения церковнаго”. Но что для Кураева церковные правила? Он попирает церковные правила, а ведь он как-никак в сане диакона. В своей брошюрке он приводит пример, как он посещает язычника и вкушает у него идоложертвенное. Причем, при этом спокойно замечает: “Вполне возможно, что плов, поставленный передо мной, изготовлен из того ягненка, который был принесен перед статуей Аполлона, то есть является “идоложертвенным”. Мы можем даже догадываться, что предлагаемая нам пища была как-то по-язычески освящена”. “Не опасно войти даже в языческое капище” – утверждает “просвещенный” диакон со свойственным ему свободным, вольным обращением рассуждает о серьезнейших вопросах… Он попирает церковные правила”43.

Ну, а если сбавить скорость полемических оборотов и вчитаться внимательнее как в канонические правила, так и в мой текст?

Во-первых, в указанных правилах речь идет не о языческих собраниях, а о еретических или иудейских. У меня же речь идет прежде всего о посещении языческого дома. Во-вторых, эти каноны запрещают не простое посещение иноверных собраний, а участие в их таинствах – отсюда упоминания “жертвы еретиков” (т.е. принятие причастия на инославной литургии) и желания “помолитися”. Я сам никогда не причащался у еретиков и не молился с ними. Равно как и не призывал к подобному поведению. И говорю я не о языческих мистериальных трапезах, а о самых что ни на есть обычных, домашних. Просто о. Георгий пробует ради полемической выгоды выглядеть наивнее, чем он есть на самом деле. Полагаю, что он прекрасно понял, что рассказывая об идоложертвенном “барашке”, я не автобиографию излагаю, а гипотетическим примером изъясняю мысль ап. Павла. Но, чтобы обнажить перед читателями меру моего падения, очевидный писательский прием (очевидный хотя бы потому, что упомянут Аполлон, почитателей которого нынче нигде не сыщешь) прот. Георгий выдает за биографическое утверждение - “В своей брошюрке он приводит пример, как он посещает язычника и вкушает у него идоложертвенное”.

Дальше на эту тему я говорить не буду – читателю достаточно сопоставить упреки о. Георгия с теми цитатами ап. Павла, что приведены мною в том фрагменте и с цитированными мною дневниками святителя Николая Японского44.

На всякий случай, чтобы успокоить присновозбужденную совесть о. Георгия, скажу: я сам никогда не вкушал идоложертвенной пищи. Лишь однажды я обедал в кришнаитском ашраме. Но за неделю до этого я предупредил кришнаитов (очень активно зазывавших меня в гости), что есть я буду только ту пищу, которая не будет “освящена” по кришнаитским ритуалам. Они мне обещали исполнить мое пожелание. Я, конечно, не мог проверить, как они готовили обед (кстати, это оказался украинский борщ). Но факт тот, что сами они не ели со мной (кришнаитские законы запрещают вкушать неосвященную пищу). Тот обед был все же освящен: молитвой и благословением православного священника Олега Стеняева, с которым мы и пришли на тот диспут…

Еще один мой грех, в котором обвиняет меня прот. Георгий – “Кураев не признает, что идентификация является угрозой для Богодарованной свободы человека”45.

Да, если свобода Богодарованная, то ту свободу, что в нас от Бога, а не от парламента, номера отнять не могут. Компьютерная слежка может угрожать человеческому своеволию, "демократии". Она чревата "утратой личных секретов”46. Как компьютерные досье и деньги могут угрожать гражданским правам человека, мной было сказано достаточно в “О нашем поражении”. Но только причем тут Благодать? Смысл моей статьи не в том, чтобы доказать политическую стерильность и безопасность тотальной регистрации граждан. Эта опасность очевидна. Моя задача была в рассмотрении вопроса о том – отдаляется ли от Христа человек, прошедший ту регистрацию, что ныне проводится на Украине. Заслуживает ли он церковного наказания и отлучения от Причастия (какова практика некоторых украинских духовников)? Тот практический вопрос, для обсуждения которого я предложил свои аргументы – это вопрос о том, заслуживает ли такой человек канонических санкций и епитемий со стороны Церкви.

Я просто предлагаю не сливать воедино социологию и богословие. И полагаю, что в утверждениях, подобных тому, которое сделал некий греческий архимандрит, будто “Всесторонняя регистрация создает возможность уничтожения личности как таковой”47, содержится недолжное смешение языка газетного и языка богословского. С богословской точки зрения человеческая Богообразная личность (ипостась) неуничтожима. Она не то что в тоталитарном шенгенском обществе (если оно будет тоталитарным) или в царстве антихриста, но и в аду будет продолжать свое существование…

Я понимаю опасения греков. У них не было опыта советского тоталитаризма. Поэтому сама мысль о том, что кто-то будет знать об их частной жизни, что где-то будут хранится досье на них, их пугает48. Но человек, переживший советскую власть, при знакомстве с этими опасениями греков испытывает чувства бывалого зэка, успокаивающего “первоходка”: “Не бойсь, жить и там можно!”. У советского государства и так была вся информация о нас: наши трудовые книжки и истории болезни, дипломы и счета в единственном Сбербанке – все было государственным и известным государству. Вот только благодать оставалась Христовой…

Поэтому столь неуклюжим мне представляется двойное требование греков: во-первых, мы не хотим, чтобы в электронных паспортах хранилась информация о нас, а, во-вторых, там должна быть обязательная графа о нашем православном вероисповедании: “Церковь выступает в защиту обязательности для всех греков наличия в новых паспортах графы “вероисповедание”, противодействуя всякому стремлению навязать противоположное мнение”49. В советские времена люди прятали от всевидящего государственного ока не свои кошельки и болезни, а свою веру. Иконы держали за дверями шкафов, церковные книги обертывали газетной непрозрачной бумагой, в храмы ездили такие, что были подальше от дома и от работы, крестики прикалывали к изнанке маек, соблюдение постов объясняли желанием похудеть… Самое дорогое - веру – не выставляли напоказ. А греки требуют обратного: чтобы все видели по их паспорту, как они относятся к религии. Глядя из СССР – странные они, эти греки… Непуганые они еще…

Впрочем, несмотря на это противоречие, позиция греков мне кажется более разумной, нежели позиция некоторых российских проповедников и изданий. Греки исходят из того, что их страну втягивают в “шенгенскую зону”, в которой их православный народ будет ничтожным меньшинством среди народов атеизированных (вроде французов, бельгийцев, голландцев), протестантских (немцев и датчан) или католических. И если Конституция Греции позволяет православию быть стержнем национально-государственной жизни, то постановления Евросоюза этого очевидно дозволять не будут. Ясно, что в этих условиях Греческая Церковь будет всячески подчеркивать свою приверженность демократическим принципам, в число которых входит уважение прав меньшинства.

Это достаточно обычно для нашей церковной истории: когда Церковь оказывается гонимой, ее иерархи и златоусты начинают напоминать о свободе совести и вспоминать тертуллиановское religiones non est religionem cogere (“одной вере не свойственно притеснять другую”)50. Но едва Церковь приходит к власти, как ее иерархи и проповедники начинают требовать “принять меры” против “разгула сект”…51

Греческая Церковь вступила в полосу сужения своего влияния – и потому готовится сущестовать в положении притесняемого меньшинства, всегда готового возгласить о "попрании свободы и прав граждан"52... Русская Церковь, напротив, вступила в период расширения своих прав, и потому ее проповедникам свойственна интонация “власть имущих”… Но вот что мне никак непонятно в наших изданиях, так это совмещение апокалиптических ожиданий и монархических чаяний. С одной стороны – уже идет антихрист и где-то уж ставится “подобие антихристовой печати”, с другой – в ожидании воцарения православного самодержца мы требуем принять меры, ограничивающие свободу деятельности сект и вообще ужесточить цензуру. Если уж действительно идут новые, антихристовы, гонения на нас, то мы должны, подобно грекам, вцепиться в демократические слова, принципы, параграфы. И вместо того, чтобы твердить: “Мы большинство, и потому требуем запретить…”, пора учиться говорить в другой интонации: “Мы меньшинство, и потому просим уважать наши права и не обижать маленьких”.

В любом случае тотальная регистрация дает государству возможность жесткого контроля над жизнью людей и реально может привести к сужению гражданских прав. В этом случае человек, не сопротивляющийся установлению нового тоталитаризма, если и совершает грех, то это грех “против самого себя”, а не грех против Бога. А если это грех против себя – то тут впору самому оценить, в каком случае я глубже порежу свою душу: если пойду путем уступок, или же если буду строить баррикады…

В отличие от прот. Георгия, я считаю, что баррикады скорее надо было строить в 1918 году. Сегодня же, прежде чем призывать к гражданскому неповиновению, стоит вспомнить евангельскую притчу: “Какой царь, идя на войну против другого царя, не сядет и не посоветуется прежде, силен ли он с десятью тысячами противостать идущему на него с двадцатью тысячами?” (Лк. 14,31). Сегодня строить баррикады уже слишком поздно – если целью сопротивления мы ставим сохранение православного общественно-государственргоо уклада (как было в 1918). И сегодня же еще слишком рано для того, чтобы строить те баррикады, которые сохранили бы наш внутренний мир от вторжения в него антихристовой идеологии. Рано потому, что государство еще не требует от нас согласия с его идеологией.

Я убежден, что любые знаки (как христианские, так и антихристианские) пусты, если те, кто их использует, не влагают в них религиозного осмысления. Крестик, купленный в табачном киоске, вряд ли защитит рокера, использующего его в качестве нашейной “фенечки”. Вот также и три шестерки, пятнящие продукты или документы, не сквернят нас, если умом своим мы стоим во Христе, а внешне никаким жестом не выражаем почтения пред “богами иными”.

Антикодовики уже тысячи раз растиражировали цитату из Апокалипсиса о печати зверя – “и он сделает то, что всем положено будет начертание на правую руку или на чело их, и что никому нельзя будет ни покупать, ни продавать, кроме того, кто имеет это начертание, или имя зверя, или число имени его” (Откр. 13,16-18). Удивляет же меня то, что никто из антикодовиков не уточнил – где в этой фразе подлежащее, и что оно означает. Кто такой этот “он”, который делает все это? Читаем предыдущие стихи Откровения. Ясно: “он”, тот, кто ставит свою печать – это “другой зверь”. Но что еще мы знаем о нем? Оказывается, “он… творит великие знамения, так что и огонь низводит с неба на землю пред людьми. И чудесами, которые дано творить ему пред зверем, он обольщает живущих на земле, говоря живущим на земле, чтобы они сделали образ зверя, который имеет рану от меча, и жив. И дано ему было вложить дух в образ зверя, чтобы образ зверя и говорил и действовал так, чтобы убиваем был всякий, кто не будет поклоняться образу зверя” (Откр. 13,12-15). И вот следующая фраза и говорит о печати: “и он сделает то, что всем положено будет начертание на правую руку …”.

Итак, сначала мир будет обольщен. Обольщен он будет чудесами (сведение огня с небес; говорящая икона антихриста). Кроме того, сначала мир будет испуган: будет убиваем каждый, кто не поклонится пред иконой зверя. И лишь потом будет поставлена печать антихриста. Ничего этого сегодня нет. Украинская налоговая полиция огонь с небес не низводит, говорящие иконы не показывает, неплатящих налоги не расстреливает. Поэтому нынешние шестерки не печать антихриста, а просто антихристианское хулиганство.

Последовательность событий, излагаемых в Откровении, ясна: сначала обольщение – потом принятие печати.

Антикодовики полагают иначе: сначала принятие шестерок (“печати” или “подобия печати”) – и вследствие этого обольщение, оскудение благодати, отпадение от Церкви и впадение в лапы антихриста… Послушаем прот. Георгия.

“Кураев не ошибается? Убедимся же в том, что он и ошибается и, заблуждаясь, вводит в заблуждение других. Во всем у Кураева прослеживается мысль торопливая, горячая (страстная) а потому часто ложная. По мысли Кураева “начертание зверя” люди примут в состоянии обольщения “лжепророком”. А так как, мол, нет еще ни антихриста, ни “лжепророка”, то и беспокоиться нечего и что, мол, эти самые православные неправы и “запугали” всех. В своей брошюрке Кураев пишет так: “Не упустим из виду и то обстоятельство, что печать зверя люди будут принимать в обольщении. А в это обольщение они будут введены неким “лжепророком”, который будет творить чудеса перед зверем. И именно посредством этих чудес люди и будут обольщены и подвигнуты к поклонению иконе зверя и к принятию его начертания”. И здесь Кураев приводит цитату из Апокалипсиса, прямо противоречащую его “умному” рассуждению и “прозрению”: “И схвачен был зверь, и с ним лжепророк, производивший чудеса пред ним, которыми он обольстил принявших начертание зверя и поклоняющихся его изображению” (Апок. 19, 20). Обратите внимание, что лжепророк обольстил уже “принявших начертание зверя” (Апок. 19, 20). Вскрывается ошибочность и ложность кураевского взгляда и рассуждения. Неизвестно, доживем ли мы до “лжепророка” — обольстителя, но вот Кураев своей брошюркой уж точно обольстил многих"53.

Что я могу сказать?

Во-первых, посоветовать все же не забывать русский язык. Если я читаю в газетной хронике: “Чикатило обольстил изнасилованную им женщину”, то я не обязан предполагать, будто он сначала ее изнасиловал, а лишь потом “обольстил”. Точно также из того, что лжепророк “обольстил принявших начертание зверя” не следует, что сначала эти люди ни с того ни с сего, находясь в здравом уме и трезвой памяти приняли это “начертание” а потом невесть зачем лжепророк их еще и обольстил (хотя куда, казалось бы обольщаться дальше – если люди приняли начертание зверя и поклонились ему!).

Во-вторых, могу также посоветовать преподавателю одесской семинарии не додумывать самому причинно-следственные связи, а довериться слову Божию. Там, в Откр. 13,12-17 ясно сказано, что сначала: обольщение или принятие печати.

В-третьих, дерзну порекомендовать о. протоиерею раскрыть толкование Апокалипсиса св. Андреем Кесарийским. О том, что лжепророк будет через обольщение приводить к поклонению зверю и принятию его печати там сказано ясно: "ему дана власть знамений и чудес, чтобы, предшествуя антихристу, приготовить ему гибельный путь… Предтеча лжехриста волшебством и обманом будет совершать все к обольщению людей, чтобы антихриста считали за Бога,.. наподобие Крестителя, приводившего верующих к Спасителю… Предтеча антихриста, сделав изображение зверя, ложно покажет его говорящим и постарается наложить у всех начертание пагубного имени отступника на правых руках ради пресечения делания правых и добрых дел, а также на челе, чтобы научить прельщенных быть дерзновенными в обольщении и тьме"54

В заключение скажу, что я искренне пробовал найти в брошюре прот. Георгия Городенцева богословские аргументы, позволяющие утверждать, что принятие налоговых номеров будет иметь мистические последствия для прошедших регистрацию христиан. Единственный богословский довод был только что проанализирован: дескать, из Апокалипсиса следует, что люди сначала примут печать, и лишь затем будет обольщены… После сопоставления с Писанием, Преданием и логикой, об этом единственном богословском доводе прот. Георгия приходится сказать: "Ты взвешен на весах и найден очень легким" (Дан. 5,27).

Напротив, за время, минувшее после киевской публикации моей статьи, я лишь утвердился в своей позиции. Дело в том, совсем недавно на Украине мне показали справку, которая выдается налоговой службой с указанием в ней регистрационного номера налогоплательщика. Обычная бумажка, в которой значится, что "ваш регистрационный номер…". И идет набор цифр без 666. Человек даже не получает на руки никакого документа, в котором был бы "штрих-код". Если потом государственные служащие при переводе на компьютерный язык и окружают регистрационный номер штрихами, обозначающими шестерки – то что за вина в том самого зарегистрированного человека?! Если кто-нибудь возьмет мою фотографию и пририсует мне рожки – что мне с того? Это только адепты культа вуду и симпатической магии убеждены, что действие, произведенное над фотографией или куклой, переносится на человека. Неужто это убеждение разделяет прот. Георгий? Неужто он убежден, что украинская налоговая полиция занимается магией и околдовывает всех, ею зарегистрированных?

Но тогда зачем же говорить, будто человек, получивший обычную бумажку с набором цифр даже без трех шестерок, подставил под угрозу свою “Богодарованную свободу” и будто в нем произошло “умаление благодатной свободы”?

Вновь скажу: я не расхожусь с о. Георгием или с греческими богословами в оценке политических последствий электронной регистрации граждан. Просто эту тему я вынес в отдельную статью – "О нашем поражении". Разговор же об украинских "кодах" я предложил вести с чисто богословски-пастырских позиций: становится ли человек, прошедший регистрацию, дальше от Христа, становится ли он более уязвим для бесов и антихристова духа (а не для государственной полиции), заслуживает ли церковного наказания его непротивленчество перед государством – вот вопросы, поставленные мной. Мои ответы: нет,.. нет,.. нет. Ответы прот. Георгия противоположные. Вот только без аргументов.

… По правде сказать, мне еще никогда не приходилось полемизировать с профессиональным православным богословом. С сектантами, журналистами, светскими философами, с пономарями, актрисами, наконец, с приходскими священнослужителями – приходилось. А вот с богословами – нет. Может, поэтому, мне было так горько знакомиться с брошюрами и статьями прот. Георгия. Уровень запальчивости, пристрастности (а порой даже и богословской неосведомленности и, увы, даже полемической непорядочности) оказался таким же.

И все же, несмотря на полемический задор прот. Георгия Городенцева, Одесская епархия 31 июля 1998 года приняла мудрое решение: разрешить людям самим решать, входить ли в общение с налоговой инспекцией, или нет. Конечно, церковные правила предписывают при принятии такого решения посоветоваться со своим духовным отцом и исполнить его благословение. А потому в заключение нашей дискуссии надо напомнить очевидное: моя позиция – это позиция не-духовника, не-священника, но позиция теоретика. Богослов может лишь предложить епископату и священству подборку сделанных им выписок из святоотеческих суждений по обсуждаемому вопросу, приложить к ним свои комментарии, и предположить, что Евангелие может быть соотнесено с той или иной гранью нашей жизни вот таким образом. Но не богослов принимает решения. Богослов говорит: Предание позволяет поступить так-то. Но тот крест, что лежит на архиерее и на духовном отце – это крест ответственных решений: действительно ли именно этому человеку и именно в этой ситуации духовно безопасно сделать такой поступок (даже если в церковном предании и есть подобные прецеденты, о которых напомнил теоретик-богослов).

Поэтому даже тех, кого я убедил, прошу все же не самовольничать, а посоветоваться со своими духовными наставниками. И если мнение Вашего духовника будет иным, чем мое – послушаться следует именно его, а не меня. Впрочем, Вы можете предложить Вашему духовному наставнику при принятие его решения учесть те аргументы, что изложены в моей книге.

И еще у Вас есть право не послушаться Вашего духовника, если он призывает Вас к расколу со всей остальной Церковью, объявляет прельщенными и безблагодатными Патриарха и Синод. В нашей Церкви много болячек и грязи. Но все то, что уходит в расколы, становится еще тускнее.

Ставка в наших дискуссиях очень велика. Дело в том, что согласно весьма распространенному в Церкви мнению, во времена антихриста официальная церковная структура призовет к послушанию ему. Наверно, используя при этом аргументы, подобные тем, что изложил прот. Георгий в связи с Декларацией митрополита Сергия. Когда вместо слуг Христовых на церковных кафедрах воссядут те, кто будут подобны “блуднице Вавилонской”, тогда люди, формально все еще называющие себя служителями Христа, не смогут призвать к сопротивлению антихристу и его печати.

Значит, вопрос об отношении к налоговым кодам – это вопрос о доверии к Церкви, к ее иерархии. Если и в самом деле принятие налогового номера ведет к умалению благодати Христовой в человеке, а Синод этого не заметил – значит, наши иерархи уже потеряли дар различения духов и внутренне уже капитулировали перед духом антихриста. Тогда от них не то что можно, а нужно убегать.

Но прот. Георгий Городенцев написал не одну, а две брошюры: в одной он утверждает, что откалываться от Московской Патриархии нельзя, а в другой по сути дела утверждает, что ее возглавление духовно слепо, ибо не разглядело “подобие антихристовой печати” и оскудение благодати в мире, вызванное деятельностью налоговой полиции. Только прот. Георгий и архим. Тит заметили, что благодати стало меньше. А Синод говорит, что “те, кто призывает к публичному отказу от всяких номеров, поступают безответственно”. Так что если прав о. Георгий, выходит, что Синод призывает людей к таким действиям, которые сделают их менее доступными для благодати Христовой. Но ради спасения должно избегать. людей и структур, мешающих полноте нашей жизни во Христе. Значит – надо отходить от Украинского Синода, расставляющего препятствия на пути спасения… Так что – вопреки желанию прот. Георгия – книжка у него получилась с объективно раскольническим выводом. То, что строит его левая рука, разрушает правая.

Но столь же логично и обратное рассуждение: если я утверждаю, что Русская Православная Церковь (вместе с Украинской Православной Церковью) благодатна, значит, ее иерархия и священство не утратили Христовых даров. Значит, я могу довериться Патриарху Московскому Алексию, митрополиту Киевскому Владимиру и Украинскому Синоду, которые не видят “тяжкого апокалиптического греха” в налоговой регистрации и использовании штрих-кодов в личных документах. Но тогда на вопрос, вынесенный протоиереем Георгием в название его книги – “Прав ли Кураев?” - я, преодолевая привычку, которая велит мне перед священниками каяться, все же дерзну ответить: в этом вопросе – прав.

Есть, впрочем, у меня и свой, сугубо частный довод, склоняющий меня к тому, что пространство истории еще не схлопнулось в антихристовом мраке. История кончится тогда, когда люди отупеют своими сердцами. Когда потеряется духовная жажда. Когда люди станут глухи к слову Евангелия. Когда тускло-равнодушные глаза будут смотреть на храмы, иконы, проповедников… Но я вижу глаза моих студентов в духовных школах и в светских университетах. Я вижу, как они распахиваются и загораются. И потому я убежден: нынешнее поколение русских людей не будет жить при антихристе. В них еще слишком много жизни и искренности. Они еще смогут побороться. И ради них Господь еще отсрочит последние события.

 


1 Собрание священнослужителей Одесской епархии // Справедливость. Православная общественная газета. Одесса, 1998, №2.
2 Прот. Георгий Городенцев. Неправославное учение Зарубежной Церкви о так называемом "сергианстве". Одесса,1999. С. 20.
3 - Как раз во время написания этой статьи в одной православной телепередаче прозвучали слова: "лукавый лозунг антихриста: миру – мир!". Ну при же чем тут антихрист?! Это ведь всего лишь навсего сказанное по русски церковнославянское прошение нашей ектеньи: "Мира мiрови у Господа просим". Если какие-то слова и символы используют наши оппоненты – это еще не значит, что от них должны отказываться мы.
4 - "Воздадим славу Богу за то, что страна наша управляется демократическим путем, и что свободы и права каждой личности защищаются конституцией нашей страны" (Окружное Послание Священного Синода Элладской Церкви по поводу числа 666 и электронных карточек от 7.4.1997 // Электронные карточки и печать антихриста. М., 1999, С. 9).
5 - Без подписи. Наступит ли в 2000 году конец света? // Справедливость. Православная общественная газета. Одесса, 1998, №3.
6 - Без подписи. Наступит ли в 2000 году конец света? // Справедливость. Православная общественная газета. Одесса, 1999, №4.
7 - Прот. Георгий Городенцев. Прав ли Кураев? Одесса, 1999. С. 9. И еще : "Какое дело московскому диакону до украинских идентификационных дел?" (Прот. Георгий Городенцев. Еще раз о кодах // Справедливость. Православная общественная газета. Одесса, 1999, №4 (8)).
8 - Прот. Георгий Городенцев. Вышло боком // Справедливость. Православная общественная газета. Одесса, 1998, №3.
9 - Прот. Георгий Городенцев. Неправославное учение Зарубежной Церкви о так называемом "сергианстве". Одесса, 1999. СС.22-23 и 26.
10 - Прот. Георгий Городенцев. Неправославное учение Зарубежной Церкви о так называемом "сергианстве". Одесса, 1999. С.24.
11 - Козаржевский А. Ч. Церковноприходская жизнь Москвы 1920-1930-х годов // Журнал Московской Патриархии. 1992, №11/12. С. 24.
12 - Прот. Георгий Городенцев. Неправославное учение Зарубежной Церкви о так называемом "сергианстве". Одесса, 1999. С. 29.
13 - Патриарх Алексий II. Принимаю ответственность за все, что было // Известия 10.6.1991.
14 - Прот. Георгий Городенцев. Неправославное учение Зарубежной Церкви о так называемом "сергианстве". Одесса,1999. СС. 16 и 11.
15 - См. Прот. Георгий Городенцев. Неправославное учение Зарубежной Церкви о так называемом "сергианстве". Одесса, 1999. С. 8.
16 - Прот. Георгий Городенцев. Неправославное учение Зарубежной Церкви о так называемом "сергианстве". Одесса, 1999. С. 29.
17 - Прот. Георгий Городенцев. Прав ли Кураев? Одесса, 1999. С. 10.
18 - Электронные карточки и печать антихриста. М., 1999, С. 50.
19 - Прот. Георгий Городенцев. Прав ли Кураев? Одесса,1999. сс. 24-25.
20 - Прот. Георгий Городенцев. Прав ли Кураев? Одесса,1999. с. 4.
21 - Русский вестник. М., 1998, № 46 – 47.
22 - Электронные карточки и печать антихриста. М., 1999, С. 57.
23 - Прот. Георгий Городенцев. Прав ли Кураев? Одесса, 1999. С. 20.
24 - Это сомнение присуще не только мне: братия Одесского Успенского монастыря попросила архим. Тита, совмещающего молодость и чрезмерную строгость, оставить пост благочинного.
25 - Прот. Георгий Городенцев. Прав ли Кураев? Одесса,1999. С. 21
26 - "Если в канцелярии я подскажу растерявшейся девушке-делопроизводителю: “Посмотрите мое дело вон в том шкафу! Я полагаю, что оно стоит там под таким-то номером” – разве будет в этом грех? Точно так же приходя в налоговую полицию и называя номер, под которым в полиции хранится информация обо мне, я лишь облегчаю работу чиновникам и сокращаю время своего контакта с госструктурами".
27 - Прот. Георгий Городенцев. Прав ли Кураев? Одесса,1999. СС. 16.
28 - Напомню, что в конце 1996 г. епископ Уфимский Никон обратился за разъяснениями в Московскую Патриархию по поводу введения для всех жителей Башкирии индивидуального налогового номера. Патриарх ответил, что подобная мера является социальным нововведением и к вере отношения не имеет (См.: (Коммерсантъ. М., 1996. 16 декабря).
29 - Прот. Георгий Городенцев. Неправославное учение Зарубежной Церкви о так называемом "сергианстве". Одесса,1999. С. 7.
30 - Прот. Георгий Городенцев. Прав ли Кураев? Одесса,1999. С. 22.
31 - Окружное послание Священного Синода Элладской Церкви № 2626 от 7 апреля 1997 г. // Электронные карточки и печать антихриста. М., 1999, с. 7.
32 - Окружное послание Священного Синода Элладской Церкви № 2641 от 9 февраля 1998 г. // Электронные карточки и печать антихриста. М., 1999, с. 13.
33 - Прот. Георгий Городенцев. Неправославное учение Зарубежной Церкви о так называемом "сергианстве". Одесса,1999. С.11.
34 - Прот. Георгий Городенцев. Прав ли Кураев? Одесса,1999. с. 6.
35 - Прот. Георгий Городенцев. Прав ли Кураев? Одесса,1999. СС. 16-17.
36 - Цит. по: Успенский Л. А. Богословие иконы православной Церкви. Париж, 1989. С. 345.
37 - Цит. по: св. Григорий Нисский. Творения. М., 1868. Ч. 7. С. 535, примечание.
38 - Цит. по: архиеп. Филарет (Гумилевский). Историческое учение об отцах Церкви. - М., 1996. СС. VIII-IX.
39 - Цит. по: архиеп. Филарет (Гумилевский). Историческое учение об отцах Церкви. - М., 1996. С. VIII.
40 - св. Василий Великий. Творения. ч. 6. Сергиев Посад. 1892. С. 42.
41 - Преподобных отцев Варсонуфия Великаго и Иоанна руководство к духовной жизни в ответах на вопрошения учеников. Спб., 1905. СС. 387-388 и 385.
42 - Успенский Л. А. Богословие иконы православной Церкви. С. 345.
43 - Прот. Георгий Городенцев. Прав ли Кураев? СС. 7-8 и 16.
44 - И в другом месте о. Георгий игнорирует священные авторитеты, на которых я основываю свою позицию. "Заезжий миссионер (с оккультным багажом) Кураев учит нас: "Не мы должны бояться демонов, а они нас"… Будем же бояться для нас явлений духовной жизни…" (Прот. Георгий Городенцев. Прав ли Кураев? Одесса,1999. С. 9 и 11). Вообще-то мои слова есть лишь резюме из эпизода, приведенного в Отечнике св. Игнатия (Брянчанинова).
45 - Прот. Георгий Городенцев. Прав ли Кураев? Одесса,1999. С. 13.
46 - Обращение Священного Кинота Святой Горы от 24.2.1997. Цит. по: Электронные карточки и печать антихриста. М., 1999, С. 62. Хотя вновь не могу понять: ну какие личные секреты могут быть у монахов?
47 - Электронные карточки и печать антихриста. М., 1999, С. 28.
48 - „Посмотрим, что означает электронная регистрация и каковы будут ее конкретные последствия для каждого из нас. Кроме политических и социальных взглядов каждого и возможных особенностей поведения, вездесущий глаз информационного центра в любой момент будет видеть, где мы работали ранее. Каковы наши успехи в образовании и какие дипломы мы получили. Какими болезнями мы болели и какие из них еще действуют на наш организм и, особенно, — на наше умственное состояние. Сколько раз и от кого мы принимали жалобу. Каковы наши связи с банками. Каково, на самом деле, наше имущество. Как часто и куда мы ездим. С какими „высокими" людьми связаны. Каковы наши привычки..." - член Европарламента Коста Николау. Цит. по: Электронные карточки и печать антихриста. М., 1999, С. 28.
49 - Сообщение Священного Синода Элладской Церкви от 9.3.1993 // Электронные карточки и печать антихриста. М., 1999, С. 4.
50 - Тертуллиан. Послание к Скапуле, африканскому проконсулу // Творения. ч.1. Спб., 1849, с. 107.
51 - Когда сегодня в церковных изданиях приходится читать, что "неограниченные возможности современной технологии в области электроники" создают "реальную угрозу нарушения свободы личности в государстве" (Из Послания греческого Синода от 9 марта 1993 г.), то, соглашаясь с этим, все-таки задумываешься: а если бы компьютерные технологии оказались в руках византийских императоров и были бы ими использована для борьбы против ересей – возвысили бы тогда греческие епископы свой голос против электронного тоталитаризма? Или топор страшен лишь тогда, когда он оказывается в чужих руках? Но во всяком случае у греков, в отличие от некоторых русских проповедников, нет надежды на то, что им удастся перехватить этот топор и самим воспользоваться им для установления государственного единомыслия.
52 - Из Послания греческого Синода от 9.2.1998
53 - Прот. Георгий Городенцев. Прав ли Кураев? Одесса,1999. с.17-18.
54 - Св. Андрей Кесарийский. Толкование на Апокалипсис. М., 1901. СС. 107-109.
 

 
Страница сгенерирована за 0.002362 секунд