0


Главная
Главная
 
Опровержения Опровержения
 
Электронные версии книг - скачать
Книги
 
Приятная дискуссия Версия для печати Отправить на e-mail

В февральском выпуске “Руси Православной” (№2 (20), 1999) был опубликован мой ответ на статью Ю. Дудника “Профессорские побасенки” (Русь Православная, 1998, №11). Естественно, что моя статья появилась под конвоем редакционных предисловия и послесловия и соответствующе подобранного “письма читателя”. В этих комментариях, как я опять же ожидал, не было никаких извинений. Это было предсказуемо. Издания типа “Русь Православная” способны призывать в глобальному покаянию, ко всенародному стоянию на коленях. Свои же грехи они напрочь не видят. “Покайтесь в том, что Вы верили клевете на Царскую Семью!” – такой призыв возможен на их полосах. А вот самим покаяться в том, что они оклеветали человека – нет, этот подвиг им не по силам.

Еще одна вполне ожидаемая мною новость состояла в том, что в редакционных возражениях на мою статью не было никаких возражений по сути. Никаких дополнительных аргументов в пользу тезиса о моей “еретичности”. В этом, собственно, и состоит для меня приятность этой дискуссии. Приятно видеть, что позиции твоего оппонента эфемерны и несрьезны.

Впрочем, в новых публикациях были и новые странности.

Странно это – выливать потоки грязи на православных апологетов, если те хоть на йоту не согласны с “РП” (в этом же номере “РП” обнаруживает, что, оказывается, и проф. МДА А. И. Осипов уже не богослов и не защитник Православия), и при этом заявлять, что для газеты “главное - преодолеть пагубную разобщенность русского народа”.

Странно это - опубликовать ругательную статью по моему поводу и при этом заметить, что именно моя ответная статья написана в “необъективном тоне” (“Неприятной неожиданностью стал для нас откровенно необъективный тон статьи”). Это как: статья Дудника, что ли – образец “объективного тона”1?

Но, не имея на этот раз содержательных аргументов, “РП” окончательно “перешла на личности”, уже попросту обвиняя меня в карьеризме: “О. Андрей в ходе своей блестящей карьеры всегда принадлежал к "партии власти" в Московской Патриархии, всегда чутко отслеживал "колебания курса" своего церковного начальства и всегда им безукоризненно соответствовал. Был в чести экуменизм, и он был экуменистом (да, да, - был!)... Попал в опалу митрополит Иоанн, и он, нимало не стесняясь, честил его со страниц еврейской прессы. Ныне в моде патриотизм? И вот уже отец диакон - видная фигура в рядах "церковных консерваторов". В отличие от Вас, о. Андрей, "РП" никогда не грешила конъюнктурщиной”.

Что ж, если обвинения в личном грехе становятся поводом к тому, чтобы людей отстранить от моих книг (через предупреждение о том, “что слушая его лекции и читая его книги, надо быть весьма осторожным и не слишком доверяться такому автору”), придется взять на себя еще и грех самооправдания.

Уже четыре раза в моей жизни я оставлял более престижную или “перспективную” работу и переходил на более незаметную (сначала – отказавшись от преподавания марксизма в МГУ и уйдя в аспирантуру; затем – из аспирантуры перейдя в вахтеры семинарии; спустя годы я оставил работу сотрудника Патриархии и ушел в преподавание; затем оставил пост декана Православного Университета и перешел в Тихоновский институт с тем условием, что никакой административной должности я в нем занимать не буду…).

Неужели именно о карьере я думал, когда в 1994 г. перед Архиерейским собором, который должен был утверждать Шамбезийскую унию с монофизитами, я направлял открытое письмо митр. Филарету? Посылая то письмо, содержавшее крайне резкую критику в адрес митр. Питирима, от имени нашей Церкви подписавшего унию, и издавая его, я и не мог представить, что предстоящий Собор снимет влиятельного митрополита с поста Председателя Издательского Отдела. Я знал, что многие немосковские архиереи не приветствуют шамбезийский документ. Но до Собора я не мог знать – чья позиция в итоге одержит верх. На предшествовавших Синодах даже митр. Иоанн не возражал против шамбезийских договоренностей…2.

Вольно же “Руси Православной” спустя годы обвинять меня в карьеризме и экуменизме. Авторов-то “РП” тогда как-то не было заметно. О чем им, между прочим, вполне внятно напомнил архиеп. Владимир Ташкентский: “Из "экуменических восторгов" рождаются "баламанды" и "шамбезиады". Обличать недоброкачественность этого рода документов надобно: но как? Спокойно, взвешенно, без личных нападок, а с помощью богословской аргументации. Увы! Не Вам принадлежит честь такого отпора проекту соглашения с монофизитами. Это сделал диакон Андрей Кураев" 3..

Впрочем, самый дивный способ полемики со мною изобрел С. Аристов. Его статья в “РП” построена по такому методу: берутся старые слухи обо мне и сопоставляются с моими сегодняшними словами. В случае обнаружения противоречия следует возглас: “Хамелеон! Конъюнктурщик!”.

Например: “В 1991-м году, в разгар либерального угара, в бытность свою пресс-секретарем Патриарха Алексия II, о. Андрей слыл одним из самых яростных сторонников углубления "православно-иудейского диалога"”. Извините, но я не могу нести ответственность за то, кем я “слыл” в чьих-то сплетнях.4.

Аристов передает и еще одну сплетню – по поводу патриаршей “Речи перед раввинами”: “появилось устойчивое мнение, что именно о. Андрей писал для Алексия II эту злосчастную речь. Как бы то ни было, я готов свидетельствовать своей совестью, что именно такого мнения придерживался приснопамятный митрополит Иоанн Снычев”. Сплетня есть сплетня. Из того, что покойный митрополит доверился сплетникам, не следует, что сплетня верна. Полагаю, что не только я, но и издатели “РП” давно уже знают имя действительно автора той речи – прот. Виталия Борового (пользуюсь случаем, чтобы выразить свое глубокое человеческое уважение к этому честному пастырю – при том, что я очень во многом не согласен с ним в богословских теориях). Это уже давным-давно не секрет. Ну, и зачем же было публиковать заведо ложные сведения?

А остальные приемы полемики – обычные. Это:

1) головокружительные взлеты от частного случая к глобальным обобщениям.

Например, лишь однажды я несогласно упомянул имя митр. Иоанна – в одной лишь фразе. Но для редакции “РП” этого оказалось достаточно, чтобы сказать, будто я, “нимало не стесняясь, честил его со страниц еврейской прессы”. А Аристову этого хватило, чтобы заявить, что “петербургского митрополита в те времена о. Андрей тоже очень не любил”.

Между прочим, от той своей фразы я до сих пор не отказываюсь. Вот она: “Какое молодое сердце зажгли любовью ко Христу статьи митрополита Петербургского и Ладожского Иоанна, печатающиеся в газете для ветеранов КПСС?" (Московские Новости. 2 июля 1993). Эта фраза прозвучала в статье “Православие без молодежи?”. Статья была приглашением к размышлению о том, почему же русская молодежь охотнее идет в секты, чем в Церковь. В этом контексте и было сказано, что те статьи и проповеди, которые считаются "нормативными" в церковной среде, не адресованы к молодежи. Если уж и считать митр. Иоанна миссионером – то это никак не миссионер для юношества. Так что я и поныне считаю, что те статьи митрополита ни по месту их публикации (“Советская Россия” образца 1992-93 годов действительно была весьма малосимпатичной и озлобленной “газетой для ветеранов КПСС”), ни по их стилю, тематике и аргументации не могли зажечь в молодых сердцах любовь ко Христу. В лучшем случае те десять статей, что вышли к середине 1993 года, могли посеять обиду за Россию (а в худшем – разжечь озлоблением против “творцов катакализмов”). Но ведь нелюбовь к евреям и любовь ко Христу - это совсем не одно и то же…

Другое дело, что мое отношение к митрополиту не исчерпывается только тем, что сказано в той фразе (и сразу после нее шло уточняющее суждение: “Не буду скрывать, в диагностике наших болезней я во многом согласен с петербургским Владыкой”).Имея возможность слушать выступления Владыки Иоанна на петербургском ТВ (в Москве оно принимается) и имея опыт личных встреч с Владыкой, я могу свидетельствовать, что для меня очевидно огромное различие, пролегающее между духовным строем самого Владыки и его прямой речи с одной стороны - и публицистическими статьями в "Советской России", с другой. В облике почившего Владыки чувствовалась молитвенность и духовность. А вот в тех статьях, что появлялись под его именем - увы, нет. Г-н Душенов и сам прекрасно знает, кто на деле является автором тех статей. Но зачем же тогда так поспешно заключает, будто из того обстоятельства, что мне не нравится его публицистика, следует, что я ненавижу Митрополита Иоанна.

2) Еще один вполне банальный полемический прием (банальный потому, что еще прежде его использовали сектанты в полемике со мной) - приписывание критикуемому автору того, что он не говорил. Например, С. Аристов в качестве моих нынешних мыслей цитирует фразу из моей книги “Как делают антисемитом”: “Евреи... это бомба замедленного действия" (с.63). А ведь в книге это место звучит так: “Так как же язычник, то есть человек, для которого в Библии нет ничего святого, должен относиться к агрессивному национализму Израиля? Для него евреи, поселившиеся на его земле – это бомба замедленного действия”.

Неужели Аристов считает, что для меня “в Библии нет ничего святого”? Или ради удовольствия себя считать антисемитом, а евреев - “бомбой замедленного действия”, он готов сам записаться в язычники?

Самое замечатальное – это то, что ровно такой же прием в своей расправе с той же моей книгой использовал публицист противоположного лагеря. Александру Зорину - поэту и публицисту, свой талант положившему на воспевание о. Александра Меня – показалось, что я “беспардонно” обошелся с Мариной Цветаевой. Дело в том, что в моей книге был процитирован следующий текст: “В мемуарном очерке “Вольный проезд” Марина Цветаева рассказывала о том, как в сентябре голодного восемнадцатого года она отправилась в Тульскую губернию выменивать мыло и ситец на муку, пшено, сало. Она остановилась в доме, где жили красноармейцы-продотрядовцы, приехавшие из Петрограда. Идут реквизиции. Продотрядовцы разбойничают, выжимают из людей последние соки, народ стонет. Реквизиторы – командир продотряда Иосиф Каплан (“еврей, хам, коммунист с золотым слитком на шее”), его жена (“наичернющая евреечка, обожающая золотые вещи и шелковые материи”), сотоварищи Левит, Рузман, какой-то “грузин в красной черкеске” и др. Жена командира говорит: “Иося прав, не может народ больше томиться в оковах буржуазии. Иося мечтает сорвать колокола с сорока сороков московских церквей, чтобы пережить их в памятник Карлу Марксу”. Затем следует “мытье пола у хамки” т. е. у “наичернющей евреечки”), которая все сделала, чтобы появилось “чувство, что я определенно обращена в рабство”. Излагаются разговоры о том, что ЧК возглавляет жид Урицкий… Конечно, рассуждает автор “Вольного проезда”, и евреи бывают разные… И скорбь об убиенном императоре, и проклятия его убийцам… Это далеко не полный перечень всего омерзительного, что, как сгусток грязи, собрано в очерке Марины Цветаевой относительно евреев… Не будем вдаваться в выяснение вопроса, что же все-таки послужило поводом для появление такого антисемитского опуса”.

К этой цитате была дана точная ссылка: Ройтман И. Современные вариации // Лехаим. Июль-август 1998, № 7 (75), М., сс. 24-25. А после приведения этой цитаты я ставил свой вопрос: “Так почему же не стоит “вдаваться в выяснение вопроса” о том, почему совестливейшая, интеллигентнейшая русская женщина вдруг написала “антисемитский опус”? Неужто это ее действие ну никак ничем не спровоцированно? Неужто она все придумала – и не было ни Урицких, ни “Капланов”5?”.

Как же этот текст прочитал А. Зорин? – “Кураев упаковал текст Цветаевой в интерпретацию другого автора своего единомышленника”6. Как же надо читать мой текст, чтобы показалось, будто в Ройтмане я вижу своего единомышленника?! Как же надо читать текст Ройтамна, чтобы не заметить, что под антисемитку причесывает (“упоковывает”) Цветаеву именно он?Я-то как раз и возмущался тем, что еврейские публицисты обвиняют в антисемитизме классиков русской культуры, а потом требуют их выдворения вообще за рамки культуры на том основании, что они-де "банальные антисемиты". Я возмущаюсь тем, что Ройтман обвиняет Цветаеву в антисемитизме - а Зорин уверяет, что мы с Ройтманом единомышленны.

Я прихожу к выводу, что Зорин учился читать в том же классе, где и Аристов, и получал те же оценки…

3) Не забыл Аристов использовать и такой полемический прием, как игнорирование тех мест критикуемой книги, которые не укладываются в схему, под которую критик подгоняет своего оппонента. По Аристову выходит, что в иные времена я осуждал антисемитизм, а теперь, мол, сам его проповедую (и это все ради карьеры). Но в эту его схему не укладывается мое не-отречение от прежних своих публикаций: “Понимаю, что от вышеприведенных рассуждений легче всего отмахнуться, навесив на них ярлык: "антисемитизм". Но это будет неправдой. Я не антисемит. И до сих пор я не отрекаюсь от своей статьи "Антисемитизм - это грех" (Еврейская газета. №1, 1992). Грешна любая ненависть, в том числе и национальная. Но если Российский Еврейский Конгресс и НТВ позволяют себе недобрым оком взирать на наше Евангелие (поистине - избави нас "от очес призора"), то и я счел допустимым посмотреть на историю Пурима взглядом, не сглаживающим острые углы”7.

4) Наконец, полемика “Руси Православной” опять оказалась сдобрена изрядной долей полемической глухоты и богословской некомпетентности.

Послушаем С. Аристова: “То ли из желания пооригинальничать, то ли по невежеству о. Андрей опять допускает высказывания, откровенно противоречащие православному вероучению. Так он, например, объявляет "фарисеев и книжников", живших во времена Иисуса Христа и ставших главными инициаторами Богоубийства, - духовной элитой своего времени, эталоном благочестия и образцом для подражания. "Те самые книжники и фарисеи, - пишет отец Андрей, - которых мы так часто встречаем на евангельских страницах, - это невиданный ранее факт поразительного духовного пробуждения в народе... Книжники и фарисеи... сродни украинским братствам, в эпоху насаждения униатства отстаивавшим Православие по велению сердца". Вот так - не более и не менее! Так что ж, ошибался святой Иоанн Предтеча, когда "увидев же многих фарисеев и саддукеев, идущих к нему креститься, сказал им: порождения ехиднины! Кто внушил вам бежать от будущего гнева?" (Мф. 3,7). И как понимать слова Самого Господа Иисуса Христа, обличившего этих, по мнению о. Андрея, представителей "поразительного духовного пробуждения" страшными словами: "Ваш отец диавол; и вы хотите исполнять похоти отца вашего" (Иоан. 8,44). И в чине святителя Амвросия Медиоланского "Како подобает приимати приходящих от жидов к правей вере христианстей" от обращающегося требуется исповедать: "Проклинаю яже от иудей ереси и еретики: саддукеи, глаголемые праведники, иже Святый Дух хулят... фарисеи отлученныя... лицемерствующия...". Все эти свидетельства, видно, о. Андрею не указ”.

Во-первых, мой критик игнорирует те ссылки, что я даю в подтверждение своего мнения: в Неделю о мытаре и фарисее церковное песнопение призывает: “Потщимся подражать фарисеовой добродетели и мытареву смирению”. Как видим, церковное предание отнюдь не отрицает добродетельности фарисеев. Как не отрицает оно и правомерности их ревности: “И фарисей, благодаря Бога за свои добродетели, не солгал, но говорил истину, и не за то был осужден; ибо мы должны благодарить Бога, когда сподобил нас сделать что-либо доброе. И не за то он был осужден, что сказал "несмь яко же прочии человецы", но когда он обратился к мытарю и сказал: или якоже сей мытарь - тогда он подвергся осуждению, ибо он осудил самое лицо, самое расположение души его и всю жизнь его”8.

Во-вторых, фарисеи не были едины в своем отношении ко Христу – “и была между ними распря” (Ин. 9,16). Кроме того, были среди них переступавшие закон правды, а были – исполнявшие его. Толкуя слова Христа о том, что праведность Его учеников должна превзойти праведность книжников и фарисеев (Мф. 5,20), св. Иоанн Златоуст говорит: “говоря о книжниках и фарисеях, Он не разумеет преступающих закон, но исполняющих его. Если бы это были люди, не исполняющие закон, то Он не сказал бы об их правде, и правду, которой нет, не стал бы сравнивать с правдою существующей”9. Вот именно этих, живущих по правде фарисеев, особенно тех поколений и кругов, которые или жили до проповеди Христа, или же в Его время, но не зная ничего о Нем и потому не отторгая Его, я уподобил украинским благочестивым братчикам.

Напомню все же полностью ту мою фразу, исковерканную цитату из которой представляет Аристов: “Те самые “книжники и фарисеи”, которых мы так часто встречаем на евангельских страницах – это невиданный ранее факт поразительного духовного пробуждения в народе. Ведь “книжники и фарисеи” – это не профессиональные священнослужители. Это люди из народа, миряне. Но, оказывается, для этих мирян вопросы духовной жизни, вопросы правильного исполнения норм Закона стали вопросами близкими, жизненно важными. Книжники и фарисеи эпохи рубежа Заветов сродни украинским “братствам”, в эпоху насаждения униатства отстаивавшим Православие по велению сердца”10.

В-третьих, в этом и состоит трагедия Евангелия: “пришел к Своим, и Свои Его не приняли”. Если бы сатанисты не приняли Сына Божьего – в этом не было бы ничего неожиданного.

В-четвертых, ни из чего не видно, чтобы слова Христа "Ваш отец диавол; и вы хотите исполнять похоти отца вашего" (Иоан. 8,44) относились именно к фарисеям. Эта беседа обращена к иудеям вообще (Ин. 8,21-22). А самое близкое упоминание о людях, к которым были обращены эти слова Христа, вообще поразительное: “Тогда сказал Иисус к уверовавшим в Него Иудеям” (Ин 8,31).

Вообще надо поосторожнее вспоминать эти горькие слова Христа в антииудейской полемике. Дело в том, что они вполне могут быть отнесены и к нам самим. Во всяком случае, преп. Макарий Египетский слова "Ваш отец диавол" относит не исключительно к иудеям, а ко всему "грешному роду Адамову"11. То же мнение есть у св. Иоанна Златоуста, который отнюдь не был фарисеем: “Мы, оказывается, именуемся чадами самого диавола. Вы - говорит Христос - отца вашего диавола есте”12.

Нет, не по невежеству (которого, впрочем, у меня хватает) и не “из желания пооригинальничать” я не заметил показавшегося Аристову противоречия между своими словами и словами св. Иоанна Предтечи, который, "увидев же многих фарисеев и саддукеев, идущих к нему креститься, сказал им: порождения ехиднины! Кто внушил вам бежать от будущего гнева?" (Мф. 3,7). Просто я помню изъяснение этих слов Златоустым тезкой Крестителя: “Если же кто со внимание рассмотрит его слова, то и в самом обличении откроет похвалу им, потому что эти слова были произнесены им от удивления, что они, хотя и поздно, но все же смогли сделать то, что казалось некогда невозможным. В то время, когда он, по-видимому, поражает их, он открывает и прежнее их великое нечестие, и вместе с тем их дивную и неожиданную настоящую перемену. Как это могло быть, говорит он, что они, будучи детьми таких родителей и так худо воспитаны, начали раскаиваться? Откуда такая перемена? Кто смягчил суровое их сердце? Кто внушил вам бежать от будущего гнева?”13.

Надеюсь, теперь непредубежденному читателю стало яснее, чего стоят богословские аргументы “Руси Православной”. Если с такими приемами они ведут полемику со мной – то тем более есть основание не принимать слишком всерьез их критику в адрес высшей иерархии нашей Церкви.

Да, я “в партии власти” - если говорить на языке этой газеты. На церковном же языке это звучит гораздо проще: я в Церкви, я не отделяю себя от ее епископата и не противопоставляю себя Патриарху. Я в послушании тем иерархам, которых Господь Промыслом Своим поставил для церковного руководства. Однажды я попробовал дать резкий совет церковным иерархам – по поводу той самой шамбезийской унии. И, по правде сказать, испугался последствий. Нет, я испугался последствий не “карьерных”. Я испугался последствий духовных: я вдруг заметил, что я готов встать в позу “спасителя Православия”. Тот “профессор богословия”, что за левым плечом, начал нашептывать мне всякие льстивые словечки. И я испугался – ибо если бы я отождествил себя с такой ролью, это и было бы верной гибелью для души. Это и было бы худшим фарисейством. Так что я лучше пойду в мытари. В коллаборационисты14. В партию власти. Там пока духовно безопаснее.

 


1 - РП. Профессор гневается // Русь Православная. 1999, №2 (20).
2 - см. диакон Андрей Кураев, В. Лурье. На пороге унии. Станем ли мы монофизитами? - М., 1994.
3 - архиеп. Владимир Ташкентский. Попробуем разобраться. Открытое письмо главному редактору "Руси Православной" К. Душенову. // Русь Православная. 1998, № 1(7).
4 - Аристов С. Хамелеон // Русь Православная. 1999, №2.
5 - Диакон Андрей Кураев. Как делают антисемитом. М., 1998, с. 13.
6 - Зорин А. Как сделаться юдофобом? // Общая газета. 1999, 4 февраля.
7 - Диакон Андрей Кураев. Как делают антисемитом. с. 132.
8 - авва Дорофей. Душеполезные научения и послания. Троице-Сергиева Лавра, 1900, сс. 80-81.
9 - св. Иоанн Златоуст. 16 Беседа на Евангелие от Матфея // Творения. т. 7. ч. 1, Спб., 1901, с. 175.
10 - Диакон Андрей Кураев .Как делают антисемитом. с.45
11 - преп. Макарий Египетский. Духовные беседы. - М., 1880, с. 55.
12 - св. Иоанн Златоуст. Беседа на Вознесение // Творения. т.2. кн.1., Спб., 1896, с. 490.
13 - св. Иоанн Златоуст. 11 Беседа на Евангелие от Матфея // Творения. т. 7. ч. 1, Спб., 1901, с. 111.
14 - Мытарь=коллаборационист. Мытари собирали налоги в казну оккупационной власти - римской.
 

 
Страница сгенерирована за 0.002934 секунд